Жара: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Дезодорантом, — с трудом выдохнула старушка, с кряхтением перетаскивая собаку за шкирку через железный порог. — Хвойный экстракт… О боже! До чего ж тяжелый. Большое спасибо!

Де Лоо тоже прошел во двор, а женщина намотала поводок на руку и сказала:

— Ох, стоит ему пробежать мимо витрины мясника, как он уже прибавил пару фунтов. — И она захихикала. — А когда я сажаю его на диету, он целыми ночами воет, и я не могу заснуть. Вы здесь новенький?

Он кивнул.

— Я так и думала. Я вас никогда не видела. А за сорок лет знаешь каждое лицо в округе. Во всяком случае, что касается меня. У вас очень приятный голос, не то что у этих берлинских горлопанов с их лужеными глотками, если вы понимаете, что я имею в виду. Бархатный такой тембр, сказала бы я. Ну да, еще раз спасибо. Надо приниматься за работу. — Она дернула за поводок. — Давай, пошли, старая дохлятина!

Пудель, брюхо которого почти волочилось по земле, тронулся с места и вдруг прытко припустил, выбрасывая одновременно, как заяц, сначала передние, потом задние лапы, но через несколько прыжков начал хрипеть и задыхаться. К тому же его заносило влево, но старушка регулировала направление движения наклоном собственного тела вправо, слышался только отчаянный скрип ее «дутиков». Когда Де Лоо вошел в первый от ворот задний двор, их там уже не было.

Изогнутые решетчатые ставни, ржавые жалюзи, новенькие замки. На погрузочных платформах растерзанные тюки овечьей шерсти, сквозь которые светились через определенные интервалы красные сигнальные огни подъемников. Снегопад почти прекратился. Он обошел все двери, изучая фамилии на табличках возле звонков.

Слабый писк из подвального помещения. Кагель, Галантерейные товары, второй этаж, дверь слева. На первом этаже — склад старья, под навесом из армированного стекла надпись большими буквами: «For free!»[7] Пластиковые корочки для документов, свернутые флаги, стопка уличных плакатов с портретом бывшего председателя Государственного совета ГДР[8]. Облака рассеялись, полумесяц размножился в фабричных окнах всех этажей сверху донизу, и при слабом свете, падавшем на контейнер, из железных прутьев засверкали стекла бесчисленного количества очков, складированных в нем.

В следующем дворе, на занесенной снегом площадке, доходившей до брандмауэра, стояло несколько трейлеров поменьше. Бурого цвета лак, местами замазанный суриком. Только один фонарь освещал правое крыло здания — двухэтажные развалины жилого дома, и где-то между обугленными балками раздалось тревожное воркование вспугнутых голубей, когда Де Лоо выходил из арки ворот.

Он шел теперь по следам женщины с пуделем, приближаясь к строению барачного типа. Если не считать нескольких стеклянных блоков под самой кровлей, окон в нем не было, только широкая рельефная стальная дверь. Тихое гудение генераторов, дребезжанье погнутых лопастей вентиляционных установок и напрасные поиски хоть какой-то фирменной таблички. Но в полукруглой пристройке, похожей на будку привратника, за зелеными занавесками горел свет, и он постучал в дверь.

Залаяла собака, и что-то деревянное, может метла на палке, грохнулось на пол.

— Закрыто! — крикнул женский голос. — Никого нет!

Де Лоо постучал еще раз, собака залаяла громче, и вскоре он услышал шарканье ног в «дутиках» и отступил на шаг назад, в снег. Ворчливое старческое бормотанье, звяканье ключей в замке, и женщина, чуть приоткрыв дверь, на небольшую щелку, посмотрела на него подслеповатыми глазами.

— Только после семи, черт побери! — Она все еще была в шапке, правда, уже в очках, и тут же сунула в карман своего синего нейлонового халата надкусанный бутерброд. — Ах, это опять вы. А здесь-то вам что нужно?

Он взглянул на адрес.

— Я ищу фабрику-кухню… Поль. Здесь, собственно, сказано…

Ксанф протиснулся мимо ног своей хозяйки, подбежал к Де Лоо и начал радостно прыгать вокруг него, словно они были старые, давно не видевшиеся друзья.

— Вот это да! — сказала она и сняла очки. — Что это с ним? Похоже, он под конец совсем спятил. Обычно он такого не делает… Фабрика-кухня Поль? Да, это мы.

Маленькая конторка, умывальник под овальным зеркалом, кактусы и поникший плющ в кадке. Рядом с распятием на стене календарь фирмы, выпускающей майонез.

— Вы можете сесть в кресло, — сказала женщина и показала в угол. — Там вы не будете мне мешать, пока я буду натирать полы. Но перед тем как будет семь, вам придется выйти за дверь, чтоб вы это знали и чтоб между нами все было ясно. Я не должна никого впускать сюда, я всего лишь уборщица. Но при таком холоде… Или, может, вы вовсе не из-за работы сюда пришли? — Она подняла руку к шапке, высвободила одно ухо. — Как? Вообще-то тут брать нечего, это я вам сразу скажу. Только одни счета. Правда, вот у меня в кармане есть две булочки. И не думайте, что Ксанф такой ласковый. Он и укусить может, если понадобится!

Де Лоо почесал собаку за ухом, и та разлеглась перед ним на спине, подставив живот.

— Да все в порядке, — сказал он. — Не волнуйтесь. Я ищу работу.

Женщина кивнула, успокоившись, взяла пластиковую бутылку и побрызгала на зеленый линолеум жидкостью молочного цвета.

— Эта натирка пола каждую среду, скажу я вам, то еще дело. И она никогда не бывает довольна, эта женщина. Повсюду видит разводы и полосы. Там угол не до конца натерт, а тут блестит меньше, чем там, и так далее и тому подобное. Вы еще с ней хлебнете. «Луиза», — гнусавит она вечно недовольно… Она, между прочим, единственный человек, кто называет меня Луизой. Меня, собственно, зовут Луиза Бёр, но все кличут меня «морковкой». Или «старушкой». Вы тоже так можете. «Луиза, я думаю, вам нужны новые очки!» Какая чушь! Это уже третьи, которые я в этом месяце примеряю. Нашего привратника, господина Каспара. В самый раз и идут мне, да? И нижняя часть стекол почти то, что мне надо… Так что, если вы меня спросите, я отвечу: ненависть чистой воды. Она уже давно бы выгнала меня, если бы не наш шеф. Тот меня, конечно, любит. Он всегда на моей стороне, потому что я работаю здесь дольше, чем он. Попробуйте отгадать, сколько лет я здесь работаю?

— Сорок? — спросил Де Лоо.

— Черт побери! Откуда вам это известно? Точно! И именно поэтому наш шеф хранит мне верность. Он очень следит за порядком, сами увидите. Конечно, и строгость проявляет, а как же, он ведь шеф! Все как надо. Вот только она… У нее заскок с тех пор, как флигель сгорел. Он наш был, понимаете? Внизу была кухня, склад и гаражи, а наверху квартиры, и моя тоже. Короткое замыкание, раз, и ничего больше нет.

Пока она говорила, она натерла пол до задней стены конторки, где находилась дверь с надписью «Просьба дверью не хлопать!». Рядом с ней трехметровой ширины окно, через которое была видна часть темной кухни, вытяжной колпак, белая кафельная стена, магнитная планка для ножей. Женщина прислонила щетку к умывальнику, нагнулась, уперлась обеими руками в колени. Из-под халата выглядывали тренировочные штаны.

— Нет, вы только посмотрите, что вытворяет этот дурацкий пол. Ну откуда берутся эти серые разводы и круги? А все новомодные средства! Вы думаете, эта ерунда будет блестеть?

Де Лоо протянул руку к письменному столу, взял желтую бутылку и прочитал этикетку.

— Да вряд ли, — сказал он. — Это ведь чистящее средство для металлической мойки. С лимонным запахом.

[7] «Для свободного пользования» (англ.).

[8] Имеется в виду бывший лидер ГДР Эрих Хонеккер (1912–1994).