— Пятьсот метров, магазин на десять патронов, калибр девять миллиметров. Резиновая пуля имеет стальной сердечник. Немцы делали для полиции, получилась очень убойная штука. От попадания в лоб с двухсот метров слон падает на задницу. Сняли с вооружения, гуманисты хреновы, ну а наши подсуетились и выкупили партию в триста стволов. Тебе же пристрелить ее надо?
— Ну да.
— Пишта, тащи всю коробку патронов!
— Погодь, Михеич, пусть еще экземпляр притащит для моего напарника.
А короткоствол травматика найдется?
— Как не быть, та же фирма клепала.
— Тогда два.
— Пишта, все слышал? Пистолеты на соседнем стеллаже.
Отстреляв оружие на открытом стрельбище, опер довольный вернулся в коттедж. Гидо на крыльце полировал двухметровый кол мелкой наждачкой.
— Познакомься с оружием, скоро буду, — и опер припустил в мехмастерские.
Упрятав разрушитель с прилаженным таймером в футляр, Павел понесся в лабораторию к ученым, которых Мозес обзывал "головастиками". Те с радостью избавились от контейнера-холодильника с девятьюстами четырнадцатью ампулами. Не удержались засранцы и пожелали успехов в деторождаемости, да все с такими серьезными мордами. Не обращая внимания на подколки, он потащил бесценную ношу в свое логово.
— Гидо, разбуди меня через час. Обкашляем детали операции и на Цебусе.
— Не хочешь дать ей шанс выкрутиться?
— Да, друг мой, она меня ждет завтра, а мы вот они! На Цебусе другой временной вектор — один день к пяти нашим. Все, пошел спать.
Через час приятели сидели за столом и рисовали схемы вариантов схватки с фиксацией времени.
— Так, часы у тебя есть.
— Ну да, сам же дарил.
— Сверим стрелки. Извини, Гидо, но снаряжение придется тащить тебе, мне нужна свобода передвижения.
— Ерунда, не тяжелее полных доспехов?
Пашка достал из шкафа два новыхкомбеза, один из них отдал герцогу.
— Переодевайся, а я в душ.
Ополоснувшись, Чернота надел чистое белье и "Хамелеон". Кинжал и кобура с "Коброй" — на пояс, меч в ножнах — за спину, на плечо — немецкий винтарь со снаряженным магазином. Запасные рассовал по карманам. В небольшом рюкзачке за плечами паек на трое суток, вода и аптечка. Все что нужно бойцу. Гидо, не напрягаясь, пер кучу снаряжения и оружия следом. Войдя в зал перемещений, Пашка хлопнул по лбу:
— Етит твою за ногу, забыл, что СТ-40 дальность поражения всего полкилометра. Если что пойдет не так, стреляй из "шавки". Старайся попасть в конечность, при попадании наверняка оторвет. Пока она в шоке, сделаешь бросок и тогда из трамватики засадишь пулю ей в башку.
— Рановато себя списываешь со счетов, Паша.
— Да я так на всякий случай, — смутился Чернота.
У одного из переходов замигал красный свет, взвизгнула сирена.
— Все, я пошел и смотри, твой выход через десять минут, не раньше.
Хлопнув друг друга по плечам, они расстались. Пашка исчез в портале перехода, а Гидо стоял, уставившись на минутную стрелку часов.
Выскочив из портала невидимый для окружающего мира благодаря маскирующему режиму "Хамелеона", Павел мгновенно сделал микропортал к еле видневшемуся леску. Не выходя из арки, опустил в травку разрушитель и включил таймер. Механикусы Ордена настроили его таким образом, что аппарат Создателей включался через четыре секунды и вырубался из боевого режима почти сразу — спустя двадцать миллисекунд. Павел рассчитывал, что этого ничтожного времени хватит для серьезного повреждения организма Создательницы.
Досчитав до трех, вернулся на то же место. Обшарив взглядом кромку леса, заметил дымы костров и желтеющие среди деревьев шатры.