Перед ходом Мозес зацепился за его Гебу.
— Пашенька, такой ценный кадр для Ордена очень нужен, сам понимаешь. Помоги ее уговорить.
— Ничего не выйдет, девушка занята, создает свое королевство на Хане. Материально ее не заинтересовать, сами понимаете. Возможно, поучаствует в разовых акциях, но гарантий дать не могу.
— Да, да, понимаю, — сокрушенно покивал головой Мозес.
Действительно, силой заставить Создательницу работать на Орден невозможно и даже самоубийственно, а прельстить хорошими бонусами тем более. Девушка честно заработала семьдесят тысяч тонн трофейного золота — этого более чем достаточно и для королевства, и для безбедной жизни ее будущим потомкам.
— Да, Паша, — остановил его на пороге Мозес: загляни к головастикам, у них, по-моему, остался запасец ампул с мужской спермой. Наведешь карачун Создательнице, а потом осеменишь молодых амазонок. Повысим демографию…Ик…На Цебусе…Ик. Га-га-га.
Заржавший Мозес вдруг закатил глазенки и вывалился с полукресла на ковер, похрапывая. Высший маг оказался пьян в стельку.
— Боже мой, с кем я работаю, — пробормотал Павел, выходя из кабинета.
В приемной восседала ослепительная Лариса, любуясь собой в маленькое зеркальце.
— О несравненная богиня, вам так идет этот цвет волос! Вы похожи на милого волнистого попугайчика!
— Всеязвите, Пашенька, — закокетничала секретарша, поправляя зеленый локон.
— А если серьезно, Ларисонька, зачем вы выкрасились в лягушачий цвет?
— Разве же я хотела, это папаня притащил краску из последней поездки. "Самый модный цвет гетарских фрейлин, покрасся, не пожалеешь!". Вот и хожу, как пугало, второй день, а налысо постричься страшно.
— Подберите красивый паричок и все дела!
— Вы гений, Пашенька, дайте я вас расцелую!
— М-ма, м-ма, нет, еще раз, первый раз не считовски, не получилось, как надо, — и Лариса, прижавшись всем телом, присосалась к губам опера.
Пришлось Чернову резво ретироваться, дабы не быть изнасилованным. В себя пришел только у дверей арсенала. Сидящий за стойкой Михеич радостно поприветствовал легендарного опера.
— В чем нужда, Паша?
— Михеич, мне бы травматику длинноствольную.
Оружейник на секунду задумался:
— Пишта, мухой ко мне! Вынырнувший из-за стеллажей замурзанный курсант встал во фрунт, поедая хитрыми глазами начальство.
— Принеси винтовку СТ-40 и два магазина.
— Тебе какие пули?
— Резина.
— Слышишь, лодырь, два магазина с резиновыми пулями.
Малый неловко затоптался в растерянности:
— Где ствол то лежит, дядя Михей?
— Двадцать пятый стеллаж, полка сверху, место восемьсот двадцать четыре. Патроны там же, в коробке.
Опер с удовольствием погладил изящную винтовку с оптическим прицелом.
— Неплохой ствол. Какая прицельная дальность?