Стажёр: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Герцог дé Лоредан принес надежду на возрождение империи, а дé Торе являлся истинным патриотом своей многострадальной Родины.

Белый необъезженный жеребец был великолепен. Пытаясь вырваться из аркана табунщика, визжа, делал неожиданные скачки и бил копытами. С маленькой породистой головы с прижатыми ушами на табунщика зло косились налитые кровью глаза.

— Хорош, но норовист, — Амбагай пожевал губами. — Спасибо за подарок, Чегре.

— Рад, что тебе понравился скакун, Каган. — У меня для тебя хорошая новость — умер Сугэ-хан, мир его праху.

Великий повелитель прищурился:

— Устрой встречу с Тегрэ, а через неделю пригласи всех ханов в Баганур на большой той.

— Война, Амбугай?

— Да. Наш единственный выход, сам знаешь. После трех лет засухи степь оскудела, народ волнуется. Ударим по прогнившей империи в конце лета.

— Ты мудр, Каган, в такое время орда никогда не шла в поход, — почтительно склонил голову Чегре-хан.

— Нас ждет богатая добыча — золото, рабы.

— Ага, и белокурые наложницы, — невинно добавил Чегре.

Степняки весело оскалились, подмигивая друг другу.

По случаю внезапной гибели императора Реджи I в стране объявили недельный траур. Официально власти не предъявили обвинений к герцогу и герцогини, но дé Торе открытым текстом посоветовал им линять из столицы и не отсвечивать. Орест еще раньше отправился в свое герцогство со своим отрядом, оставив десятку воинов Черноте для сопровождения. Сдернув Пако с веселой вдовы — хозяйки гостиницы (у которой он зависал последние три дня) — и, запасшись провизией, отправились с дорогу. В последнее время Пашку охватывали неясные мрачные предчувствия, которыми он поделился с Мелой. Та его поддержала, заявив, что видит во сне пожарища и дикие орды, врывающиеся в города империи. Вытянув из нее подробности вещих снов, сделал неутешительный вывод — кочевники. Спустя десять дней непрерывной скачки по старому тракту, приноравливаясь к скорости двух фургонов, везущих сундуки и припасы, Пашка отправил гонца с письмом к герцогу Ливэну Бельфо дé Тавой, чьи земли расположились в восточной части империи.

Люди и лошади устали, а потому решили устроить однодневный отдых в первом же населенном пункте. Им оказался небольшой городок под названием Хавик. Городок славился лошадиными ярмарками, проводимыми несколько раз в летний сезон, и необычайно драчливым населением, которое регулярно поставляло новобранцев в ряды имперской армии и наемников. Город раскинулся на большой площади за счет бесчисленных гостиниц, постоялых дворов и трактиров. Многочисленные манежи и конюшни располагались по окраинам Хавика. Протекавшая рядом река Пузатка снабжала чистой и вкусной водой. Раз основной товар лошади, то естественно развились ремесла, поддерживающие эту направленность — кузнецы, шорники, каретных дел мастера образовали целую слободу, делящую Хавик пополам. На первый взгляд, дикий Запад, времена ковбоев, но ничего подобного. Подраться, пожалуйста, а вот обнажить меч — это уже дуэль и для нее должны быть веские причины, иначе виселица. Городская стража свое дело знала, одно ее появление вмиг остужало горячие головы.

Так как наши герои ехали инкогнито — Чернота приказал спрятать подальше герцогские медальоны — заселение в гостиницу постоялого двора прошло буднично и незаметно. Десятка воинов охраны расположилась внизу, в двух больших пятиместных номерах, Пашка с Мелой и Пако — на втором этаже, в двух комнатах. Отмывшись с дороги и переодевшись, устроились в дальнем углу трактира для чистой публики.

Трактир, разделенный на две половины, являл собой просторное помещение с высоким закопченным потолком. Сбоку от барной стойки — открытый очаг. На вертеле кухонный работник поджаривал ароматно пахнувшего кабана. За стойкой — широкая дверь на кухню. Вымуштрованная прислуга бодро обслуживала посетителей. Народу, несмотря на ясный день, в трактире много — ярмарка. Кормили довольно вкусно, но дороговато — полсеребренника за обед на троих.

Путники, отдуваясь после трапезы, попивали вино, с любопытством оглядывая разношерстную публику. Внимание привлек сержант, сидевший за маленьким столиком. Перед ним лежала стопка бумаги и чернильные принадлежности. Изредка к нему подходили молодые люди, исчезавшие после короткого диалога. Правда, некоторые подписывали бумагу — таких два гвардейца, стоявшиеу выхода, уводили во двор.

— Никак рекрутов набирают, — заметил Пако. — Пойду пообщаюсь, больно у сержанта морда знакомая.

— Не пропадай, завтра с утра отправляемся, — заметил Пашка.

— О чем разговор, ты же меня знаешь, Паша.

— Предупреждаю, потому что знаю. Пойдем, дорогая, отдохнем после обеда.

— Я не против, но потом на ярмарку. Хочу на лошадок посмотреть, они такие красивые.

В ответ Чернота кивнул и поцеловал девушку в шею. Охрана, разбившись на пары, отправилась к номерам герцогов и конюшням. Остальные — на боковую, следуя старым солдатским заповедям — отдыхай при любом удобном случае.

Очередная ярмарка, проходившая в предместье на большом зеленом лугу, напоминала муравейник. Вдоль загонов прохаживались лошадиные барышники в кожаных штанах, расхваливавшие товар. На другой стороне располагались лавки с разнообразным товаром и походные кузни. Толпы нарядно одетых людей шатались по торгу, не столько покупая, сколько глазея по сторонам. Ярмарка для местного люда в первую очередь развлечение, зрелище. В центре виднелся высокий помост с притулившимися сбоку несколькими фургонами — заезжие циркачи давали представление. Среди толпы сновали ушлые лоточники, предлагая свежие пироги с пылу с жару, а также холодный квас и дешевое молодое вино. Шум стоял изрядный, невнятный говор, свист, хохот, ржание лошадей. Возле помоста циркачей били пойманного карманника — туда спешила тройка стражей, распихивая зевак древками копий. Лишь одна группа людей сохраняла полное спокойствие — степняки. Они неторопливо обходили барышников и со знанием дела покупали лошадей. Причем брали оптом, тем самым сбивая первоначальную цену.

Пашка с Мелой, появившись здесь после обеда, сразу обратили внимание на кочевников.

— Такое впечатление, что они закупят всех лошадей на ярмарке, — пробормотал Чернота. — Лишнее подтверждение нашим плохимпредчувствиям.

— Дорогой, пойдем посмотрим на циркачей, а потом на лошадок.

Чернота на свою голову попросил девушку одеться попроще, поскромнее, теперь лишь возмущенно пыхтел — Мела щеголяла в запасном дорожном костюме. Широкополая шляпа с пером, за спиной — короткий летний плащ, камзольчик, подчеркивающий высокую грудь, и узкие штаны, заправленные в короткие кожаные сапожки. Мужчины пялились с радостным всхлипом, женщины — с откровенной ненавистью.

Красавица с явным удовольствием «купалась» в море общего внимания, словно саламандра в огне.

Нет, Пашка не ревновал, считая это чувство глупостью и пережитком, просто его бесили сальные взгляды похотливых самцов, бросаемые на девушку.