Я всегда знал, что прославленный герой Геракл не может быть жадным! Хвала тебе, о Геракл! Я всем буду рассказывать о твоей щедрости!
Злая ирония послышалась Гераклу в последних словах козлоногого лесного бога. Он внимательно посмотрел Пану в глаза, но не увидел там ничего, кроме самого неподдельного восхищения.
Ладно, Пан, помолчи, — поморщившись, заметил Геракл. — Скромность украшает даже лесное божество! Теперь ты не в обиде?
Нет! — воскликнул Пан и протянул руку Гераклу.
Тот пожал руку Пану. Бог подпрыгнул и стал дуть на распухшую ладонь.
Геракл! — с притворным возмущением закричал Пан. — Теперь я не смогу этой рукой взять флейту! Моя ладонь будет болеть, по меньшей мере, неделю!
Это тебе на память, — засмеялся Геракл. — Мясо ты съешь сегодня, а меня будешь помнить немного дольше!
Я тебя совсем не забуду, — пообещал Пан.
Геракл оглянулся вокруг.
Ну, теперь веди! — обратился он к Пану и взвалил оленя на плечи.
Подожди, — сказал лесной бог.
Он спрятал мясо в кустах, аккуратно накрыв его кучей листьев.
Я вернусь сюда позднее, — объяснил Пан, заметив недоуменный взгляд Геракла. — Понимаешь, мои нимфы также бывают голодны, а твое мясо я хочу съесть сам, ведь я заслужил его! Правда ведь?
Да, — улыбнулся Геракл. — Ты его заслужил!
Пан, нимало не смущаясь, кивнул и уверенно пошел вперед. Геракл двинулся за ним.
Очень скоро они выбрались на опушку леса. Пан остановился.
Дальше ты пойдешь один! — объяснил лесной бог Гераклу. — Я уверенно чувствую себя в лесу, выходить же на просторы полей у меня нет желания!
Долго же ты ходил! — услышал Геракл ворчливый голос Иолая, когда подошел к камню и свалил тушу оленя с плеч на землю.
Как ты заметил меня? — удивился Геракл. — Ведь камень не имеет очей!
Я услышал твое тяжелое дыхание, — объяснил Иолай, — и понял, что это ты.
Геракл подумал, что раньше мог пробежать целый день и не задохнуться, а теперь даже камень почувствовал его усталость.
Не злись, — послышался голос Иолая.
О Зевс! — вскричал Геракл. — Как ты понял, что я злюсь?
Я опять почуял твое дыхание, друг. Ты сопел от злости.
Иолай выдержал паузу и продолжал:
Знаешь, за годы моего пребывания в виде камня мой слух очень обострился. Ведь я только и делал, что прислушивался к окружающим меня звукам, и все ожидал, какой же путник подойдет ко мне, чтобы я мог ему открыться и попросить о помощи. И я был первым?
Да, о Геракл. Провидению было угодно, чтобы ко мне первым подошел не кто-нибудь, а именно ты, мой друг и соратник.
Это не просто чудо! — сказал Геракл. — Я чувствую здесь чью-то руку, умело и скрытно от других богов помогающую нам!
Геракл задумался, но потом решил разобраться с этим вопросом позже.
А теперь к делу, Иолай! — вскричал герой. — Я разведу жертвенный огонь и вымолю у Зевса прощение для тебя, даю тебе слово!