Леди–призрак. Я вышла замуж за покойника: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он будто бы вел светскую беседу.

— Ну да, конечно! — просиял он. — Добрый вечер! Как вы поживаете? Вы скоро прийти к нам опять, я надеюсь!

Очевидно, он не догадывался, что перед ним полицейские.

— Не придет, — жестко сказал Берджесс. Он хлопнул ладонью по столу, чтобы прервать поток любезностей. — Сколько человек сидело за столом, когда вы его обслуживали?

Официант казался озадаченным, как человек, который хочет сделать как лучше, но не может взять в толк, чего от него хотят.

— Он, — сказал он. — Он, и не один польше.

— И никакой леди?

— Никакой леди. Какой леди? — И он добавил с невинным видом: — А что? Он потерять какую–то леди?

Послышался стон. Хендерсон приоткрыл рот и судорожно вздохнул, словно ему причинили невыносимую боль.

— Именно.

— Вот–вот, именно что потерял, — подхватил один из них.

Официант понял, что попал в точку, застенчиво поморгал, но так, очевидно, и не понял, чем так угодил им.

Хендерсон заговорил каким–то жалким, потерянным голосом:

— Вы отодвинули для нее стул. Вы открыли меню и положили перед ней. — Он постучал пальцами по своему лбу. — Я видел, как вы это делали. Но нет — выходит, вы ее не видели.

Официант принялся уговаривать его с восточноевропейским дружелюбием и бурной жестикуляцией, без малейшей враждебности.

— Я отодвигаю стул, да, когда для этого стула есть леди. Но если леди нет, зачем я буду двигать стул? Вы думаете, я буду двигать стул, чтобы на нем сидел воздух? Если нет лица, вы думаете, я открою меню и положу перед ним?

Берджесс сказал:

— Вы разговариваете с нами, а не с ним. Он арестован.

Не умолкая ни на секунду, официант продолжал, только повернув голову в другую сторону:

— Он оставил чаевые за полтора человека. Разве с ним могла быть леди? Вы думать, что я буду с ним любезен сегодня, если вчера он был здесь вдвоем и оставил чаевых только за одного с половиной? — Его славянские глаза горели. Он вспыхнул при одной мысли об этом. — Вы думать, я забываю в спешке? Я все помню две недели. Ха! Вы думать, я стану его приглашать заходить почаще? Ха! — Он воинственно фыркнул.

— Сколько это — за одного с половиной? — спросил Берджесс с шутливым любопытством.

— За одного — тридцать центов. За двоих — шестьдесят центов. Он давать мне сорок пять центов, это чаевые за полтора человека.

— А вам не могли дать сорок пять центов за двоих?

— Никогда! — возмущенно выдохнул он. — Если мне так дают, я делаю так. — Он взял со стола воображаемый поднос, едва касаясь его пальцами, словно какой–то заразы. Он зловеще уставился на воображаемого клиента, выбрав Хендерсона. Он смотрел на него долго, пока тот не вздрогнул. Потом его пухлая нижняя губа оттопырилась, он попытался изобразить кривую насмешливую ухмылку. — Я говорю: «Спасибо, сор. Очень, очень большое спасибо. Вы уверены, что это вам по карману?» И если с ним дама, он чувствовать себя стыдно и давать больше.

— Еще бы, — согласился Берджесс. Он повернулся к Хендерсону: — Сколько, вы говорите, вы оставили?

Ответ Хендерсона был еле слышен:

— Как он сказал. Сорок пять центов.

— Вот еще что, — сказал Берджесс. — Чтобы довести дело до конца. Я бы хотел видеть счет за этот обед. Вы их храните?

— Счета у управляющего. Спросите у него.

Лицо официанта было исполнено достоинства, словно он был твердо уверен, что правда восторжествует.