- Нам нужно разрешение, чтобы убивать? - спрашивает Рик. Он смотрит на меня уголком глаз.
Джад одергивает рукава куртки.
- Ваше задание - найти КРЫС. Следующие указания получите позже.
Робин чешет кончик носа.
- Сколько у нас времени?
- Столько, сколько выдержите, - Джад как раз хочет отойти в сторону, когда министр по работе с общественностью спешит к нам, цокая каблуками.
- Пожалуйста, мы могли бы сделать еще одно фото Оскара на границе? - щебечет она, - Президент Вин думает, одно слово от сына Гарна Кнавери будет хорошим PR.
Пресса через несколько дней снова вернется к работе, и потом это будет Созидатель.
- Пожалуй, - соглашаюсь я. Министр прессы открывает свой планшет, щелкает несколько картинок и ждет, затем усмехается, чтобы записать мое выступление. - После всех разрушений, которые мы совершили до настоящего времени, считаю это миссию...
- Просто напишите, что хотите, - говорит Джад, который внезапно оказался между мной и министром по работе с общественностью и оборвал меня на полуслове. Он обхватил меня рукой за плечи и потащил. - Мы и так потеряли достаточно времени.
Я оглядываюсь назад на министра, которая внезапно потеряла интервью, однако она усмехается так, будто статья уже давно лежит у нее в ящике стола.
Границу охраняют вооруженные солдаты, которые отходят в сторону, предоставляя нам беспрепятственный проход через ворота и стеклянный туннель. Мы пристегиваем кислородные баллоны к поясам и надеваем дыхательные маски на рот и нос.
В этот раз возникают другие ощущения, когда мы выходим наружу. Раньше меня переполнял огонь и пламя, чтобы защитить купол. Теперь я делаю лишь одно: выхожу и упираю руки в бедра.
Мы выбираемся наружу через раздвижные двери в Пустошь. У входа стоят семь джипов с включенными моторами.
- Ну что ж, пожалуй, начнем, - говорит Робин, пожимая плечами. Другие бормочут в знак согласия и возятся с дыхательными приборами.
- Мы вывезем вас на пятьдесят километров, - говорит Джад. - Достаточно далеко, чтобы сэкономить время, но не настолько, чтобы они могли вас услышать. Ни пуха, ни пера, - и это все. Мери, Рик, Нина, Джонни и Робин выбирают по автомобилю и садятся.
Я снова оглядываюсь вверх, на Купол. Теперь я мог бы уйти и никогда не возвращаться.
Исчезнуть из ценных бумаг.
Джад не оставил никаких сомнений, что министр никогда бы не освободил меня, и при любой попытке сопротивления они казнят меня. Но, если кто и может выжить в Пустоши, то это я.
Вопрос только в том, хочу ли я этого? Во время тренировок нам встретилось достаточное количество Извергнутых, тронувшихся умом от одиночества и больше не уверенных, на какой планете они находятся. Старый мужчина настолько изголодался, что отгрыз собственную руку.
А что будет с Ниам? Я не могу оставить ее на произвол судьбы. Кто знает, что они могут с ней сделать.
- Ну что, поехали, - говорит Джад. Он бросает мой рюкзак в автомобиль без водителя.
- Что ты тут делаешь?
- Доставляю тебя. Нам есть о чем поговорить.
Мы не произносим ни слова. Мы едем молча через ухабистую территорию, и я смотрю на дворник через толстое ветровое стекло.
Наконец Джад останавливает машину и выключает мотор. Он кладет руки на колени, несколько минут просто сидит и пристально смотрит.
Я не предпринимаю попыток нарушить молчание. Если у него есть, что сказать, ему нужно высказаться.
- Ты же знаешь, что Квинн был тем, кто почти поставил Купол на колени? - он поворачивается ко мне.
- Если ты имеешь в виду, что он ответственен за смерть моего отца то, да, я знаю, - мы пристально смотрим друг другу в глаза. Он ждет, что рассвирепею.
Но я не зол на Квинна. Как я могу, когда я знаю планы министерства? Если честно, то я обижен только на себя, так как я был таким наивным все время и никогда не выступал против своего отца, как Квинн.