- Потому я и здесь.
"Потому я и дома".
- Тут всегда было рискованно - Империя уже много лет занимает Акиву. Не так, как сейчас, но... они здесь, и придется с этим что-то делать. - Он наклоняется к ней. - Знаете, почему я назвал этот корабль "Мотылек"?
- Нет.
- Когда-нибудь пытались поймать мотылька? Сложить ладони, погнаться за ним, поймать? Белого мотылька, коричневого, любого? Не выйдет - они всегда ускользают. Туда-сюда, вверх-вниз, влево-вправо. Словно кукла на веревочках. Вот и я такой же. Как и мой корабль.
- И все равно мне это не нравится.
- Мне тоже, но в жизни полно неприятных вещей. Хотите снова увидеть свою семью? Значит, вариантов нет. Да и время не терпит, - кажется, они только явились. Может, за ними прибудет кто-то еще.
Его здоровый глаз вспыхивает полубезумным блеском. На месте другого - безжалостная красная линза в обрамлении плохо подогнанного кольца, закрепленного на покрытой шрамами коже. Он улыбается, обнажая кривые зубы. Ему действительно нравится.
"Контрабандисты", - думает она.
Что ж, она заплатила за билет.
Пора ехать.
Длинный черный стол ярко светится, показывая голо-графическую схему ангара и прилегающих помещений "Бдительного", а также наложенные на нее данные о повреждениях, причиненных двум СИД-истребителям, и тела штурмовиков, которые остались там в качестве напоминания, что может случиться, когда связываешься с повстанцами.
Пилот стархоппера? Наверняка повстанец. Далее вопрос: было ли это нападением? Знал ли он, что они здесь? Или это некое стечение обстоятельств, случайное совпадение, приведшее к их встрече?
Но это может подождать. Главное сейчас - выяснить, куда делся пилот. Ибо, как она и предполагала, на корабле тела не оказалось.
Что он мог сделать? Скорее всего, настроил торпеды на автоматический взрыв. Но что потом? Нажав кнопку, Слоун вновь вызывает схему стархоппера, найденную в имперских базах данных. Вот он - кормовой люк. Маленький, но для небольших грузов вполне сойдет.
Значит, ее новый приятель-пилот выскочил сзади. Неплохой прыжок. Джедай? Нет, вряд ли. У повстанцев он только один, и они никогда бы не послали своего золотого мальчика, Скайуокера.
Вернемся к схеме ангара...
Слоун поворачивает ее, подсвечивая служебные ходы.
Есть. Она достает комлинк.
- Тотвин, наш пилот в вентиляционных каналах. Ставлю все свои кредиты, что вы найдете открытый выход...
- У нас проблема.
"Проблема в том, что ты меня перебиваешь", - думает она, но не произносит этого вслух.
- Что случилось?
- Кто-то прорвал блокаду.
- Еще один террорист?
- Возможно. Хотя больше похоже на обычного контрабандиста. Летит на маленьком кореллианском грузовике... так, посмотрим... МК-4.
- Направьте СИДы. Пусть с ним разберутся.
- Есть, адмирал.
Кажется, будто все происходит словно в замедленной съемке. Норра неподвижно застыла в кресле штурмана рядом с Оверто Нейучо. На изуродованное лицо контрабандиста падают отблески света - зеленого от лазеров и оранжевого от пламени, которым объят нашедший свой безвременный конец СИД-истребитель. Впереди целая стая СИДов, похожая на рой насекомых. Они с жутким ревом проносятся мимо, заставляя вибрировать кресло под Норрой и стиснутую в ее побелевших пальцах приборную панель. Она зажмуривается, но перед глазами ее не темнота, а картина совсем другого сражения...
"Это ловушка!" - слышится по связи голос Акбара. Жуткое ощущение - на них пикируют имперские СИДы, словно краснобрюхие осы из разрушенного камнем гнезда. Темноту космоса с треском прорезает зеленовато-голубой луч, исходящий от наполовину построенной Звезды Смерти, и гибнет еще один боевой корабль Альянса, превращаясь в огненную вспышку. Очередной гвоздь в крышку их гроба...