— Сейчас расплатимся за товар и перегрузим в машину. Потерпи.
— Мне пискать захотелось. Нужник где?
— Может дотерпишь до выезда из города?
— Не знаю.
Паша тащит телегу куда-то в угол, иду за ним.
— Девушка, извините. — обращается он к деве вышедшей из двери, откуда пахнуло нужником. — У меня необычная просьба. Моя жена впервые в торговом центре. И вообще впервые в городе. Покажите ей где справить малую нужду. И… дайте ей салфетку. Её звать Даша. Родная, иди с девушкой.
Мы заходим в туалет, как назвала это строение девушка. Там тоже много зеркал и рукомойников. А вот и белое сиденье. Девушка говорит, что нужно поднять крышку. Там водица. Сажусь на… унитаз. Ой! Трусики нужно приспустить. Пискаю долго, протираю бумагой писку. Поправив подол начинаю идти. Эти бесовы трусы! Девушка уже ушла. А мне куда идти? Господи, направь стопы мои к мужу. А вот эта дверь. Фуф. Паша ждёт.
Опять стоим у вереницы. Я поглядываю на передних людей. Девица в зелёном платье что-то делает с товаром, что-то говорит. Вроде по-русски, но я ничего не понимаю. Лучше на мужа буду смотреть, он мой образ. Это конечно грех, возносить мужа выше Господа, но я чувствую Его повеление любить мужа своего как Его самого. От него пахнет лесной травой и пылью, пОтом и вчерашним мёдом. Сегодня тоже будем мыться. Нагляжусь на его пенис, обцелую его весь. Надо не забыть спросить, что это у мужа в волосах под пенисом.
Ой. Благодать проливается. Срамота! Хорошо хоть подол можно одёрнуть….
— Даша, я рассчитался, иди за мной.
Паша толкает телегу к машине, переносим мешки в неё.
— Муж мой, у меня сок пробежал. Нужно что-нибудь постелить чтобы не испачкать…
— Не бойся, садись, тут чехлы, мы их потом постираем.
Вскоре мы покидаем град.
— Даша, а по какой причине протёк твой сок?
— Ты вчерашним мёдом пахнешь. Я вспомнила баню…. Вот это в волосах под пенисом. Что это?
— Мы именуем это мошонкой. Мешочек. В нём находятся яички, где созревает семя. Из-за этих дум, ты возбудилась?
— Да-а-а-а! Это слово удачнее звучит. Возбудилась…. Ой, Паш, я опять возбуждаюсь.
Паша! Муж мой! Что ты делаешь? Зачем ты полез пальцами к моей писке? Ой…, ой…, что… ты… творишь? О…! Господи! О…, Господи!!! Сейчас… умру….
Мы где-то стоим. Кругом деревья. Тишина. НЕТ! Не совсем тишина! Что-то сильно стучит. Где-то совсем рядом! Это сердце моё.
— Даша, перелазь на заднее сиденье, раздевайся. Хватит им Насти.
Пока я перелазила, пока снимала платье и трусики, муж мой тоже разделся догола. Уложил меня на спину, подняв ноги…, мои худые ноги, припал к писке ртом. Дальнейшее я помню урывками. Он лакает мою влагу, я теряю сознание. Вновь слышу, что он лижет меня. И так великое множество раз. Наверное, семь миллиардов раз.
Потом я очнулась, сидя у него на бёдрах. Он целует меня, ласкает сиси. Они пышут жаром, как и моя утроба.
— Даша. Сейчас будет чуть больно. Привстань… опускайся… как будет больно опять поднимись.
Я уже поняла, что сейчас произойдёт. Его скипетр порушит мою девственность. Вот ОН огромный, жаркий, пылкий, стоит пред порогом моей утробы. Я слышу глас Божий, напутствующий меня, дающий мне право назваться женой, быть любимой и отдавать любовь. Врата легко раскрываются, как ткань на подоле, пенис полностью во мне.
Какая сладкая боль! Боль! Я тебя желаю! Не исчезай, боль! Будь вместе с ним. С пенисом. С мужем моим. С его страстными устами, крепкими руками. Да, вот так…. Сделай больнее, Пашенька…, сделай, родной…! Да разве это боль! Вот так нужно! Вот так…! Не кричи, родной, это всего лишь мои зубки…. Боль, ты где…? Оставила меня, предательница…. Оставила… с усладой. Услада, ты сестра боли…. Я рада твоему появлению, услада.
Паша поднимает меня, кладёт на сидение и вновь входит в меня громадиной. Боль и услада, две сестры, вновь со мной, они кружат меня в своих играх, я плачу с болью, смеюсь с усладой. Я радуюсь нашему триединству, посланному Господом в этот урочный час.
Свинец пролитый на мой живот меня не пугает — я теперь полноценная жена.
Паша собирает салфеткой кровь из писки, сперму с моего живота. Чем-то заткнув писку, вновь усаживает себе на колени. Нежно целуя меня, гладит мою спинку… мою худую спинку. Но ничего! Я обязательно поправлюсь. Это мне сообщил Господь на ухо, когда я отсчитывала семь миллиардов раз….
Я проснулась дома. На кровати. Голая. Возле меня сидит Ника. У неё добрый взгляд. Помогает мне надеть платье. Только потом я почувствовала посторонний предмет в писке, нитку, болтающуюся меж ног.