«Стоять!!!» — оглушительный рык Миранды выдернули мальчишку из фантастического, притягательного видения! Вернул на землю.
Арсений вновь стоял в подвале. В темноте, неподалеку поскуливал мужик, еще недавно пахнущий, как бочка с экскрементами.
«Ты понял, что о н а мне предложила?! — болезненно бушевала в общей голове Миранда. — Она мне сюда приманку подкинула! Наживку снарядила!!»
«Или — жертву», — с усилием вклинившись в темпераментные выкрики наставницы, не совсем внятно произнес Арсений, все еще находящийся под впечатлением чудесного видения.
«Жертву? — переспросила диверсантка. — Ты думаешь…»
«Не я, Миранда, а Фаина. Она считает тебя злым демоном, требующим чтоб его умасливали жертвоприношением. Один раз, как она думает, ты уже свободно перекинулась из Примака в меня, то почему бы не попробовать перетащить тебя обратно, а?.. Фаина сочинила из односельчанина аппетитную приманку».
«Господи! — взмолилась диверсантка. — С чем же мы столкнулись, Сенька?! Откуда, на наши головы взялась эта Фаина?!»
Миранда заставляла тело дышать через рот, но колдовской морок не имел ничего общего с о б ы ч н ы м и запахами. Казалось, ароматы ДОМА проникали даже через поры! Струились прямо в мозг сквозь уши! Пытали и терзали несбыточным желанием, тянули и выманивали душу изнутри — как утлую пылинку уносили мощным нереальным сквозняком!
«Мне кажется, что Фае без разницы, кого из тела выметет, — отвлекаясь от всевластных запахов, предположил Арсений. — Если я из тела выскочу, она с одной тобой легче расправится, а меня уже потом обратно возвратит. Ей, думаю, по фигу как будет — главное нас разделить. Для каждого из нас она могла сочинить определенную ловушку. Я вот, Миранда, теперь жрать хочу — спасу нет! Ты чувствуешь, как желудок от голода выворачивает?»
«Вот стерва! — выплюнула ругательство диверсантка. — Знает ведь, что ты растешь! Что вечно голоден, а в этом доме ни есть, ни пить ничего нельзя!.. Терпи, Сенька, терпи! Я сама с тобой от голода разум теряю! — И неожиданно меняя тему, поинтересовалась: — Ты когда в последний раз спал?»
«Ну-у-у…, прикорнул на пару часиков у бабушки Глафиры», — сознался парень.
«Тогда — отбой, Арсений Николаевич. Расслабься и доверься мне».
«А ты сама, типа, не того…? Не юркнешь в нового носителя?»
«Я?.. Не смеши, молокосос! Через минуту после того как ты уснешь, напомню себе, как в реальности Примак воняет и носом в его сторону не поведу!»
«Уверена?» — с сомнением проговорил мальчишка.
«Уверена, что внушить себе я могу что угодно, по первому требованию, — строго выговорила наставница. — Особенно если под ногами всякие сопляки путаться не будут».
«Ну…, как знаешь, т е т е н ь к а…», — усмехнулся Арсений и закрыл общие глаза.
Проснулся Сенька уже от иных, диаметрально противоположных желаний. От необходимости наведаться в удобства разрывался мочевой пузырь, от жажды ссохся пищевод!
«Если б не знала, что ты у нас мальчик впечатлительный и нежный, давно бы выкопала в углу ямку и помочилась», — вместо «доброго утра» (точнее «вечера»), пробурчала тетенька.
«Что делать?» — скуксился воспитанник.
«Искренне вопить, просить ведро».
«Ну так…, закинут. Что нам толку — ведро или ямка вонять будут? Может…»
«Угу. Ты думаешь они такие глупые, что поведут тебя наверх к сортиру, да?»
«А почему бы не попробовать? — ввернул Арсений. — Может и отведут. Только вначале надо все-таки в сортир наведаться, воевать с полным мочевым пузырем как-то…»
«Говори прямо. «Как-то» ты сразу описаешься».
«Да иди ты к черту!»
«Уже в гостях».
На вопль пленника, как и предсказывала умная наставница, в подвал, со многими предосторожностями закинули (практически стремительно впихнули!) пластмассовое, небоеспособное ведро.
«На минутку отключись», — стыдливо попросил Арсений.
«Чего я там не видела?» — вздохнула диверсантка, оставившая в прошлом взрослого сына. С семьей у Миранды сложились непростые отношения. По просьбе (читать — «приказу») командира дяди Бори, на все расспросы о родне Миранды, наложено строжайшее табу.