Мисс Лингард задумалась снова.
— Нет… пожалуй, нет… он был очень взвинчен… Помню, когда я выходила из комнаты, он еще уточнил: «Теперь нет смысла в его приезде. Слишком поздно».
— Вы не догадываетесь, что он имел в виду?
— Н-нет… — Лишь легкая тень нерешительности таилась в кратком отрицании.
Пуаро хмуро повторил:
— «Слишком поздно».Ведь он так сказал? «Слишком поздно».
Майор Риддл спросил:
— Вы не догадываетесь, мисс Лингард, что именно так расстроило сэра Жерваза?
Дама неторопливо ответила:
— Я догадываюсь, что это как-то связано с мистером Хьюго Трентом.
— С Хьюго Трентом? Почему вы так думаете?
— Ну, ничего определенного… но вчера днем мы коснулись сэра Хьюго де Шевени, который, боюсь, не очень отличился в войне Алой и Белой Розы, и сэр Жерваз сказал: «Моя сестра нарочно дала своему сыну фамильное имя Хьюго! Оно всегда было неприятно нашей семье. Она должна была бы знать, что ни из одного Хьюго не выйдет ничего хорошего».
— В том, что вы сообщили, есть подсказка, — объявил Пуаро. — Да, это подсказало мне новую идею.
— Сэр Жерваз не сказал ничего более определенного? — спросил майор Риддл.
Мисс Лингард покачала головой.
— Нет. Да и это-то говорилось не для меня — сэр Жерваз всего лишь разговаривал сам с собой.
Пуаро сказал:
— Вы, мадемуазель, посторонний человек, прожили здесь два месяца. Мне кажется, нам будет очень полезно, если вы абсолютно откровенно расскажете о своих впечатлениях от членов семьи и прислуги.
Мисс Лингард сняла пенсне и раздумчиво прищурилась:
— Поначалу, честно говоря, я чувствовала себя так, словно прямиком попала в сумасшедший дом! Леди Шевени-Гор все время видит несуществующее, и сэр Жерваз ведет себя как… как король… разыгрывает из себя нечто совершенно немыслимое… Ну, я и подумала, что они самые странные люди, каких я когда-либо встречала. Впрочем, мисс Шевени-Гор абсолютно нормальная. А вскоре я убедилась, что леди Шевени-Гор в высшей степени добрая и обходительная женщина. Никто не был со мной так добр и обходителен, как она. А вот сэр Жерваз… он, по-моему, действительно был сумасшедшим. Его эгоцентризм — это ведь так называется? — с каждым днем становился все сильнее и сильнее.
— А остальные?
— Мистеру Берроузу приходилось тяжко с сэром Жервазом, насколько я могу себе представить. Думаю, он был рад, что наша работа над книгой позволила ему вздохнуть посвободнее. Полковник Бьюри всегда очарователен. Очень предан леди Шевени-Гор и прекрасно уживался с сэром Жервазом. Мистер Трент, мистер Форбс и мисс Кардуэлл здесь всего несколько дней, поэтому я о них знаю очень мало.
— Спасибо, мадемуазель. А капитан Лэйк, управляющий?
— О, он очень милый. Всем нравится.
— Включая и сэра Жерваза?
— Да. Я слышала, как он говорил, что Лэйк — лучший управляющий из тех, что у него служили. Разумеется, и у капитана Лэйка имелись свои сложности с сэром Жервазом, но в общем они вполне ладили. А это было нелегко.
Пуаро кивнул и медленно произнес:
— Было что-то… что-то… о чем я хотел вас спросить… какой-то пустяк… Что же это было?
Мисс Лингард терпеливо смотрела на него.
Пуаро раздосадованно покачал головой: