— Это не имеет значения, — строго сказал я.
— Мой папа всегда носит сумки, — робко сказала Милочка и покраснела.
— Вот видишь? — сказал Николай Сергеевич. — Давай сумку!
— Не дам! Нечего мужчинам хозяйственные сумки таскать!
Против этого трудно было возразить. Я замялся. Но вконец расхрабрившаяся Милочка закричала, что это неправильно и что, если мы патруль, нас надо слушаться.
— Ну-ка, ну-ка! — загорелся Николай Сергеевич. — Какой это вы патруль?
— Пионерский патруль, — уверенно ответила Милочка. Запнувшись, она жалобно спросила меня: — Гарик, а дальше как?
— Мы хозяева микрорайона, — пояснил издалека Миронов и сделал осторожную попытку приблизиться.
— Не вмешивайся, Миронов, — сказал я. И начал рассказывать сам.
Николай Сергеевич и его жена Соня здорово умели слушать. Незаметно для себя я выложил им все. И про Мякишина, и про то, что каш восьмой «г» будет следить за тремя дворами и промтоварным магазином, и про то, что я мечтаю вовлечь весь свой отряд в пионерские патрули.
— Я тоже хочу быть патрулем, — приближаясь, сказал Миронов. — А он говорит, что я не могу.
— Смотри, девочка, — негромко сказала жена Николая Сергеевича. — Гражданин прошел и бросил папиросу. Догони-ка его!
Едва услышав, в чем дело, Миронов сорвался и побежал за рослым парнем спортивного типа, только что швырнувшим окурок на тротуар.
— Не смей! — крикнула Милочка, бросаясь вслед за Васькой. — Велели мне.
Миронов на бегу показал ей язык и, подобрав окурок, схватил парня за хлястик пальто.
— Вот, — сказал он, когда парень обернулся. — Подберите и положите в урну. — И он аккуратно положил окурок на тротуар.
— Ты что? — поразился парень. — Очумел?
Отстранив Миронова, он попробовал продолжить свой путь. Но Васька, подхватив окурок, снова вцепился ему в хлястик.
— Отстань ты, репей! — раздраженно сказал парень.
— Подбери! — потребовал Миронов и опять бросил окурок на тротуар.
— Мы пионерский патруль! — подбегая, прокричала Милочка.
— «Дети, в школу собирайтесь, петушок пропел давно», — терпеливо сказал парень. — Ну-ка, пустите!
Две женщины, проходившие мимо, остановились, и одна из них сказала парню:
— Подберите немедленно! Мальчик абсолютно прав. Стыдно, молодой человек!
Другая, достав из свертка конфету, погладила Миронова по голове и сказала:
— Умница. Бери, бери, не стесняйся.
Парень хмыкнул и, подобрав окурок, очень ловко бросил его в урну.
Миронов уже без опаски подошел ко мне.
— Здо́рово я его? — хвастливо проговорил он, уплетая конфету.
— Как тебе не стыдно! — чуть не плача, сказала Милочка. — Это был мой нарушитель.