Кольцевая ссылка: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Аллоу, — зарычал дед на другом конце провода. — Аллоу, Санн-ииоу, это ты?

— Да, Юрий Павлович, это я, — ответил Саша. — Добрый вечер, Юрий Павлович.

— А? — не расслышал дед.

— Добрый вечер, говорю, Юрий Павлович! — чуть громче и разборчивее сказал Саша. — Как ваши дела?

— А, да, да, — закряхтел дед. — Вечер-то добрый, Санькя, добрый вечер, ага, ага… Сань, слушай, тут такое дело, помощь твоя нужна… Не справлюсь я сам, Санька, не справлюсь… Старый совсем стал, ничего не соображаю, глаза совсем уже ничего не видят… Помощь нужна, Сань… По..

— Конечно, Юрий Павлович, — вежливо прервал его Саша. — Без проблем, Юрий Павлович. Что случилось?

— Да ничего страшного, просто это-то… — задрожал старческий голос. — Из окна у меня дует сильно, Сань… Дует-то из щелей прямо, представляешь… Холодно мне, Сань, по ногам прямо дует, тапки эти меховые-то даже не спасают, что ты на Новый Год дарил.

— Все ясно, — твердо сказал Саша. — Не проблема, Юрий Павлович, не волнуйтесь, все сделаем, все решим.

— Ой, спасибо, Санькя, ой спасибо большое те… — забормотал дед, — а то я каждый день боюсь заболеть, в моем-то, Сань, возрасте, каждая болезнь может быть последней, сам знаешь, восемьдесять семь — не шутки, Сань, совсем уже не шутки, ага…

— Сегодня же вечером приеду, часам к десяти, — решительно сказал Саша. — Замажем ваши щели в окнах, утеплим рамы и будет у вас как в сауне. Тепло, светло и уютно.

— Ой, хорошо, Сань, заодно и телефон мой городской посмотришь, а то он чего-то через раз работает…

— И телефон посмотрим, — бодро сказал Саша. — Все сделаем в лучшем виде. Вы, Юрий Павлович, не волнуйтесь, у меня смена скоро заканчивается, я в магазин строительный заеду и прямиком к вам, думаю, к десяти успею, а там мы быстро управимся.

— Ой, Сань, ну дай-то Бог, Сань… — невнятно прошамкал дед. — Ждать тебя тогда сегодня-то?

— Конечно, Юрий Павлович. Я раз сказал, что приеду — значит приеду.

— Спаси… — начал вновь бормотать дед, и Саша повесил трубку. Посмотрел на телефон, потер раскрасневшееся ухо и снова включил телевизор. До конца смены осталось двадцать минут, можно еще полистать учебник и понемногу начинать собираться. Лениво переключил канал, по ОРТ показывали футбол. Московский Спартак сражался с Амкаром из Перми. В нападении Спартака носились какие-то ретивые негры, а болельщики громогласно скандировали “Оле Ола, Вперед Спартак Москва”. Саша посмотрел минут пять и заскучал. Футбол ему никогда не нравился, вообще командные виды спорта — это для слабаков. В Академии уважали самбо и стрельбу по движущимся мишеням.

С трудом досидел последние пять минут, выключил телевизор, слегка прибрался в небольшой каморке, расправил одеяло на кушетке и отметился в журнале. Пора ехать к деду. Напарник запаздывал, и Саша решил его не ждать. Кто не умеет приходить вовремя — тот ничего не добьется в этом городе.

Саша вышел из подъезда, Фокус Вадима Алексеевича уже уехал. Плохо получилось, задремал, не заметил, как бизнесмен выбежал из подъезда обратно. Хотя не стоит так волноваться, недолго осталось охранником работать, главное — чтобы все шло по плану.

Дошел до остановки, подождал минут пятнадцать, подъехала маршрутка. Родная пятьсот двадцать первая с усатым пожилым водителем, замызганными окнами и сломанным задним сиденьем. Саша хотел сесть вперед, но места были заняты. Пришлось залезть внутрь, на среднее кресло, поближе к окну. Достал старый, из дома еще привезенный мини-плеер, поставил Чайф. Клонило в сон, за стеком мелькали новоэтажки. Интересных пассажиров не наблюдалось, Саша прикрыл глаза и попытался расслабиться.

Маршрутку трясло на ухабах, голова дергалась, расслабиться не получалось. Саша подумал про деда. Крепкий дед, ничего не скажешь, восемьдесят седьмой год уже живет, пятнадцать лет один в Москве без родственников, друзья все еще в девяностых повымирали, а дед живее всех живых. Сам в магазин ходит, сам квартиру убирает, книги какие-то пишет…

Маршрутка причалила к станции метро, Саша выключил плеер на полуслове, первым выскочил и нырнул внутрь. Нужно еще в стройматериалы заехать и быстрее к деду, на Покровку. Станция в час закрывается, необходимо действовать быстро.

Доехал до Цветного Бульвара, спустился мимо цирка и смешной скульптуры клоуна с машиной. На пересечении с Бульварный кольцом — строительный магазин, это Саша помнил хорошо, все прошлое лето работал в строительной бригаде, что возводила бизнес-центр Цветной. Зашел в магазин, поздоровался с продавцом, купил монтажной пены, краску и кисть. Зашагал по бульвару к Чистым Прудам.

Саша вспомнил, как первый раз ходил к деду. На первом еще курсе, как раз между экзаменами, позвонила мать, взволнованная и давай лепетать. Слова не давала вставить, очень волновалась. “Родственник, у нас, Саша, говорят, обнаружился. Какой-то дальний-предальний, седьмая вода на киселе, вроде как муж двоюродной сестры бабушки или что-то такое, мы про него и слыхать не слыхали, а Тамара Сергеевна, тетка твоя, недавно приходила. Ну, я ей про тебя начала рассказывать, вот, мол, сын у меня какой, в Москву уехал, в Академию ФСБ поступил, хвастаюсь ей, значит, а она говорит, а у нас-то в Москве родственничек имеется, да только он с нами не общается, без нужды мы ему, говорит. А я сразу давай про него узнавать, Тамара-то отнекивалась сначала, а потом призналась, как в семьдесят восьмом они с мужем в Москву приезжали, ну и решили навестить, полковник ведь он, в почете тогда был. Адрес у кого-то узнали, приехали, значит, гостинцев привезли, а он их у двери встретил и говорит: добрый день, а вы кто? А они и не знают, как ответить, простые ведь люди. Родственники мы, говорит, ваши, дальние. А он посмотрел на них, посмотрел и как рявкнул — нет у меня родственников! и дверь захлопнул прямо перед носом, представляешь? Нет, ну ты, Саша представляешь, как получилось, а? А Тамарка — то ведь специально все узнавала, все документы имеются, родственник он наш, Саша. Надо бы сходить с ним пообщаться, контакты какие-то навести…”

Подумал головой, послушался мать, оделся в парадную форму и пошел. Ну, выгонит и выгонит, хуже не будет. Лучше один раз попробовать, чем гордым с голой жопой ходить, решил тогда. А дед нормальный оказался, бывший военный. Суров, но справедлив, нытиков не любит. Чаем напоил, пирогами накормил, показал ордена и медали, целая коробка за шкафом оказалось. Понравился Саша деду, старался и понравился. С тех пор вот раз в неделю и ходит, починить чего или с базара овощей принести. Истории дедовские слушает, еще военного периода, про фрица Альберта и про партизан в Смоленском лесу. Интересные и поучительные истории.

Дошагал до Чистых Прудов, хотел забежать в Макдоналдс, но очереди большие, а времени нет. Возле входа в метро бомжи сидят, куча неформалов каких-то, все с пивом и коктейлями. Девки в коротких юбчонках смеются, парни длинноволосые. Никчемные, бесполезные, слабые люди. Нужно и к себе, и к другим требовательно относиться — только тогда чего-нибудь достигнешь. В Академии много дураков повылетало на начальных курсах за пьянки да блядки, но Саша был аккуратным, умным, сдержанным. Хорошо учился, ладил с высшим командным составом, занимался спортом. Главное — с людьми уметь общаться, остальное приложится. Простая и очевидная истина.

Зашагал по бульвару, везде шум, гомон пьяной толпы, песни под гитару поют, веселятся. Мужчина в ковбойской шляпе и кожаных штанах затягивает что-то в микрофон, звенят пивные бутылки. Пруд загажен, жалкие два лебедя жмутся посреди оберток от Макдоналдса, противно как-то все в последнее время, беспорядок кругом. Не умеют люди правильно жить, не знают дисциплины.

Завернул на Покровку, прошел Чешскую пивную и за угол, к невысокой церквушке. Посмотрел на дедовский третий этаж, на стеклянные широкие окна. Наверное, действительно дует, не просто так его дед позвал. А может, пообщаться хочет, хотя это и не особо важно. Позвал и позвал, надо идти.

Поздоровался с консьержкой, взлетел на третий этаж по просторным ступеням, как во дворце оказался. Нажал кнопку звонка, через минуту услышал звуки. Заскрипел засов старого замка.

— Кто-о-о там? — раздался дребезжащий голос.

— Это я, Санька, — сказал Саша. — Открывайте дверь, Юрий Павлович, не бойтесь, это я.

Дед зашуршал, поскреб ключами и, наконец, отворил.