Необыкновенный охотник (Брем): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Нам, теперешним читателям и любителям природы, не очень-то легко понять, почему так восторженно встретили читатели «Жизнь животных». Сейчас на полках библиотек стоят сотни и тысячи книг по зоологии: специальных и научно-популярных, стоят книги, в которых рассказывается о многих животных, и книги, посвященные отдельным зверям или птицам.

А в те времена, когда жил Брем, дело обстояло совсем иначе.

Правда, тогда были книги по зоологии, были научные труды и научно-популярные работы. Но, во-первых, таких книг было немного, а во-вторых… Да, вот именно — во-вторых!

Во-вторых, среди этих книг ничего похожего (даже приблизительно!) на то, что написал Брем, не было.

Конечно, люди всегда интересовались животными, старались познать их, своих соседей по планете, своих друзей, помощников и врагов.

Человечество за многие тысячелетия своего существования накопило немалые знания о животных. Правда, это не мешало людям верить в животных духов и в «нечистых», не мешало им обожествлять животных и проклинать их, поклоняться и бояться, заниматься магией и сочинять легенды о зверях и птицах. Но и реальные знания были. Не было системы.

Почти две с половиной тысячи лет назад появился человек, который впервые систематизировал знания людей о животных, положил начало науке зоологии.

Этим человеком был Аристотель.

Аристотель жил в Афинах — в столице Древней Греции. Он родился в 384 году до нашей эры, прожил 62 года и из них 45 отдал науке. Аристотель знал все: философию, физику, логику, историю, зоологию. За свою жизнь он написал около 300 сочинений. К сожалению, дошли до нас немногие, но среди уцелевших книг 19 посвящены животному миру, а в 10 из них даны описания 454 разных животных. Книги Аристотеля — он назвал свой труд по биологии «Историей животных» — очень и очень несовершенны с нашей точки зрения. Но разве можем мы судить с теперешних позиций труд, написанный почти два с половиной тысячелетия назад? К тому же это был первый, по сути дела, специальный труд по зоологии. И то, что там было множество ошибок, вовсе не удивительно, а то, что там было много верного, много такого, о чем и не подозревали его современники, — величайшая заслуга Аристотеля.

Аристотель первый в истории человечества составил список обитателей нашей планеты. Правда, сравнительно короткий, но ведь первый же!

Не ограничившись одним лишь списком, он дал и довольно подробное описание некоторых животных, их строения, нравов, привычек…

Аристотель попытался систематизировать известных ему животных.

Но и это еще не все. Аристотель разделил все живое на четыре царства: на одушевленный мир, который только существует, растительный мир, который существует и размножается, мир животных, который существует, размножается и двигается, и, наконец, человек, который, кроме всего, еще и мыслит.

А внутри этих миров, в частности внутри мира животных, он расположил объекты по восходящей — от примитивных с его точки зрения организмов к сложным.

Аристотель был, конечно, далек от мысли об изменчивости всего живого, от того, что мы теперь называем эволюцией. Он вовсе и не думал утверждать, что существо, стоящее на более высокой ступени, произошло от существа, стоящего ниже по своему развитию. Но уже тот факт, что он заметил и подчеркнул эти ступени, — огромная заслуга ученого.

Таков был Аристотель — первый зоолог на нашей планете. Его авторитет в науке был непоколебим в течение двух тысячелетий. Два тысячелетия жила зоология трудами Аристотеля, лишь немного дополняя, комментируя и популяризируя их.

И одним из таких популяризаторов науки своего времени, вошедшим в историю зоологии с полным правом, так как очень много сделал для нее, был римлянин Плиний Старший, живший в первом веке нашей эры (23–79 гг.).

В XVI веке появился труд швейцарца Конрада Геснера «История животных». Геснера часто называли и иногда называют сейчас «Плинием эпохи Возрождения».

В XVIII веке жил и работал замечательный ученый-популяризатор Бюффон. Его тоже иногда называли «Плинием XVIII века», а чаще «Геснером XVIII века».

Альфреда Брема называли и Плинием, и Геснером, и Бюффоном XIX века. Но чаще называли Плиния «Бремом древности», Геснера «Бремом эпохи Возрождения», Бюффона «Бремом XVIII столетия».

Кто же они, эти предшественники Альфреда Брема, наметившие и в какой-то степени проложившие дорогу к «Жизни животных»? Наверно, стоит о них рассказать хоть вкратце. И тогда, я думаю, понятней будет, почему книги А. Брема вызвали такой интерес, почему сделали его всемирно известным и почему его имя живет до сих пор.

Плиний Старший оставил огромное литературное наследие: «Историю моего времени», состоящую из 31 книги, 20 книг, посвященных войне с Германией, множество отдельных книг на разные темы и, наконец, «Естественную историю» в 37 книгах. Эту «Естественную историю» Плиний, по всей вероятности, ставил выше других своих книг, считал своим основным трудом. Во всяком случае, в посвящении императору Титу Плиний писал: «На путь, по которому я пойду, не вступал никто. Никто из нас, никто из греков не решался дать единоличного описания природы во всей ее совокупности. Если мой замысел не удастся, то самое стремление к нему было сладостно и великолепно».

Плиний решился «дать единоличное описание природы». Но сделал он это не так, как Аристотель. Если Аристотель стремился исследовать, насколько это было возможно в то время, общие законы жизни животных и приводил факты в основном для подтверждения своих выводов, то Плиний создавал лишь «энциклопедию фактов», если так можно было бы назвать его труд. Плиний не был ученым, поэтому не мог дать собственный, хоть как-то проверенный и осмысленный материал. Поэтому же он не мог относиться критически и к чужим работам, откуда в основном и брал факты. (Он проштудировал более 2000 сочинений по астрономии, минералогии, физике, ботанике, медицине, технике, этнографии, анатомии, зоологии.) И все, что казалось ему достойным внимания, вставлял в свои книги. А достойным внимания ему казалось многое, в том числе и самое невероятное. Правда, иногда Плиний оговаривался: «Пусть, кто хочет, верит», но чаще, гораздо чаще он оправдывал невероятные сведения, которые приводил, словами: «Могущество и величие природы превосходит все, чему можно поверить». Именно такая позиция привела Плиния к тому, что в его книгах вообще и в книгах, посвященных животным, в частности (зоологии посвящены четыре тома, с VIII по XI), много фантастичного.

Так, например, говоря в VIII книге о слонах, Плиний пишет: «Слон обладает такой честностью, которую не всегда встретишь даже у человека. Он питает некое религиозное чувство к звездам, поклоняется солнцу и луне». Плиний рассказывает о вороне, которая каждое утро прилетала на Форум и приветствовала словами народ. Вообще, о том, что животные способны пользоваться человеческой речью, Плиний упоминает не раз — он пишет и о говорящих быках, и о гиенах, которые, по его мнению, не только разговаривают, как люди, но и называют по имени свою жертву. Кстати, они же ежегодно меняют свой пол. Зайцы же, утверждает Плиний, двуполые, а саламандры — вообще бесполые. Он пишет о птицах, имеющих два сердца и в то же время не имеющих ни вен, ни артерий, в его книгах сообщается, что львы, умирая, орошают землю слезами, а мясо медведя растет, будучи сваренным. Он утверждает, что зародыши падают с неба и, если их не поедают звери, перемешиваются между собой, превращаются в различных животных: и в таких, которых мы знаем, и в совершенно фантастических.

Можно привести еще немало подобных анекдотических сведений, которыми охотно насыщал свои книги Плиний. Однако, если бы его книги полностью состояли только из таких сведений, вряд ли мы считали бы их ценными. Но в том-то и дело, что Плиний писал о слонах не только то, что они честные и религиозные. Он довольно подробно (и достаточно верно) описал их нравы, рассказал о том, как их приручают, заставляют работать и участвовать в сражениях.

Говоря о хищниках, он пишет не только о слезах умирающего льва, но и о его жизни, подробно описывает жизнь тигров, сообщает о той роли, какую играют эти животные в римских цирках.

Описывая хамелеона, Плиний говорит не только о том, что эти животные питаются запахом яблок, но и довольно точно рассказывает, как они меняют окраску. Наряду с описаниями фантастических муравьев-гигантов Плиний сообщает и немало верного о жизни этих насекомых. Вообще с насекомыми он знаком неплохо, во всяком случае, он не только описывает, как самка кузнечика при помощи яйцеклада откладывает в землю яички, но и отвечает на вопрос, почему насекомые названы именно так (благодаря насечкам на их теле).

Плинию известны и многие другие достоверные факты, например то, что летучая мышь — млекопитающее (хотя не только во времена Плиния, но и много позже причисляли ее к яйцекладущим, как всякую птицу); он знал, что кукушки откладывают свои яйца в чужие гнезда, а рак-отшельник прячется в раковину для собственной безопасности. Ему известно, например, что «некоторые группы животных имеют вместо легких иные органы дыхания, которыми наделила их природа, как наделила она многих животных жидкостью, отличной от крови».

Можно еще много говорить о достоверных фактах в книгах Плиния, и именно они, а не анекдоты и басни, — основа. Ошибки Плиния — это ошибки его времени, а достоверные факты — это уход вперед на многие годы и даже века.