Людовик XIV. Слава и испытания: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Политические и социальные трансформации

В административной истории Великого века можно выделить три больших периода. Первый — эпоха министерств, когда монарх действует через посредство главного министра (кардинала Ришелье, а затем Мазарини), который располагает личной клиентелой, пустившей корни даже в самых дальних провинциях. Далее следует эпоха кланов: с 1661 года политическое пространство монарха увеличивается благодаря соперничеству кланов, организованному самим королем, однако министерская клиентела остается в силе. Наконец, последний период правления Людовика XIV, начавшийся в 1691 году, — время административной монархии. Король, глава правительства, окруженный министрами и служащими, самовластно управляет королевством. Постепенный переход дворянской и министерской клиентелы на службу королю становится причиной ухода со сцены отдельных знатных семейств, еще многочисленных в середине XVII века. К концу века их потомки располагают лишь несколькими десятками слуг. Молодые дворяне более не идут к ним на службу, стремясь сделать первые шаги в карьере в качестве пажа: они предпочитают поступать в коллегии иди идти в мушкетеры. Высшая аристократия, прожигающая свои деньги в Версале, вынуждена вести более скромный образ жизни в провинции, где ее политическое влияние уменьшается. 

Дворянство и государство

Более чем когда-либо король стремится изменить отношение элиты к государственной службе. Комиссии, расследующие по приказу короля дела об «узурпаторах дворянского звания», облагают налетом всех тех, кто обманным путем проскользнул в рады второго порядка, «клеймя» государственной печатью истинных дворян, которые, в общем-то, не нуждались в этой королевской гарантии для того, чтобы существовать. Эволюция значительна. Отныне дворянами могут быть лишь те, кто признан центральной властью. 

Рыцарские ордены

Укрепить преданность дворянства короля помогает и престиж рыцарских орденов: орден Святого Михаила, основанный Людовиком XI, орден Святого-Духа, основанный Генрихом; III (это самый престижный из всех орденов), а также ордена Святого Лазаря и Мон-Кармель, объединенные во время, правления Генриха, IV. Предназначенные для представителен наследного дворянства, они служат инструментами управления. Награждение голубой орденской лентой (орденом Святого Духа) становится предметом нетерпеливых ожиданий всего двора. В апреле 1693 года Людовик XIV учреждает новый орден для вознаграждения высочайших военных заслуг: королевский и военный орден Святого Людовика. Орден заслуг вручается в четырех классах (Большой крест, командор, кавалер и рыцарь), и — это важная инновация!— к нему могут быть представлены даже представители третьего сословия при условии, что они являются католиками и имеют выслугу в армии или во флоте. Великим магистром ордена является сам Людовик XIV. 

Главный гербовник

Другие распоряжения короля преследуют все те же цели. Эдикт 1696 года жалует дворянством пятьсот человек, получивших это звание за деньги. В тот же год появляется учредительный эдикт о главном гербовнике, позволившем внести в списки более ста двадцати тысяч фамильных гербов. Тариф подушной подати 1695 года, разделивший налогоплательщиков-французов на двадцать два класса и обложивший налогом социальные ранги, уже перемешал буржуа и дворян, владельцев должностей и старую аристократию. На этот раз систему рангов и званий атакуют целые батальоны буржуазии, вооруженные фамильными гербами. Таким образом, под управлением Людовика XIV королевское государство пытается изменить на свой лад социальные представления, зародившиеся в феодальные времена.

Власть подвергается критике

Тяготы войны, катастрофический экономический и социальный кризис, последовавший за климатическими аномалиями 1693-1694 годов, коренные изменения в структуре социальной иерархии, не одобренные некоторыми общественными классами, вызвали волну критики, направленной против абсолютистской монархии. С этого момента королевской власти противостоит многословная оппозиция. 

Квиетизм

Все начинается с религиозного кризиса, принявшего довольно необычную форму. К 1685 году некая вдова из Монтаржи, госпожа Гийон, распространяет в диоцезах новую мистическую доктрину — квиетизм, по сути напоминающий учение испанского преподобного отца Мигеля де Молиноса. Госпожа Гийон — искренняя бескорыстная женщина, она свято верит в то, что проповедует, но вера эта принимает экзальтированный характер. Доктрина квиетизма настаивает на полной принадлежности души Богу («чистая любовь»), на длительном созерцании (до такой степени, чтобы более не желать небесного счастья) и на безразличии к обычным молитвам, как и к актам добродетели или покаяния… В 1687 году учение Мигеля де Молиноса осуждено папой. Французское духовенство приходит в беспокойство, вызванное все более активной деятельностью госпожи Гийон. Ее духовный наставник, преподобный отец Лакомб, арестован и заключен в тюрьму, сама же проповедница водворена к визитандинкам. Дело принимает политический оборот, когда госпожа Гийон появляется при дворе, обращая в свою веру дочерей Кольбера, герцогинь де Бовилье, Шеврез и Мортемар, а также герцогиню де Бетюн-Шаро, дочь Николя Фуке. Вдобавок ко всему ей удается выдать свою дочь замуж за сына последней.

Вскоре она завязывает отношения с молодым блистательным аббатом. Франсуа де Салиньяк де Ламотт Фенелон, выходец из большого аристократического семейства в Перигоре, — человек мягкий, обаятельный и глубоко набожный, но его неспокойную душу, одолеваемую химерами, терзают гордыня и честолюбие. Он принимал участие в миссиях в Сентонже, дабы обратить гугенотов в католическую веру. Госпожа Гийон покоряет утонченного аббата; их совместными усилиями основано братство «Мишлен», руководителем которого станет Фенелон. 

Честолюбивый Фенелон

Молниеносное восхождение Фенелона по карьерной лестнице как нельзя лучше служит «политико-мистическим» планам госпожи Гийон. В 1689 году он назначен воспитателем герцога Бургундского, а через четыре года избран членом Французской академии. В братство госпожи Гийон входит добрая часть религиозного клана двора. Госпожа де Ментенон, как кажется, околдована парами «чистой любви» квиетизма. Фенелон для нее — духовный учитель, госпожа Гийон — наставница, которой можно доверить религиозное воспитание 250 юных воспитанниц учебного заведения, основанного в Сен-Сире для девушек из небогатых дворянских семей.

Фенелон, ненавидящий абсолютистскую политику короля, мнит себя миссионером, призванным реформировать государство с позиций христианской морали. Идея эта не содержит ничего нового: подобными рассуждениями, основанными на пацифистских и даже пораженческих соображениях, в свое время увлекалась феодальная аристократия. 

Политическая критика

В декабре 1693 года Фенелон сочиняет анонимное письмо королю, полное пыла и горечи: он обвиняет Людовика XIV в том, что тот разрушил все «древние законы государства», он осуждает войну в целом и голландскую войну в частности, отмечая, что королю следует вернуть аннексированные провинции и восстановить границы 1659 года. Письмо-упрек заканчивается следующими словами: «Вы провели свою жизнь, пренебрегая истиной и справедливостью и, следовательно, пренебрегая Евангелием». Неизвестно, держал ли король этот памфлет в руках. Но даже если Людовик XIV и ознакомился с ним, он так и не узнал, кто его автор. 

Госпожа Гийон осуждена

В мае 1693 года епископ Шартра, монсеньор Годе де Маре, являющийся духовным наставником учебного заведения в Сен-Сире, с ужасом открывает, сколь губительные последствия произвела на его воспитанниц доктрина госпожи Гийон. Монсеньор бьет тревогу. Король, обеспокоенный сообщением епископа, велит госпоже де Мелтенон порвать все связи с госпожой Гийон. В период с июля 1694 года по март 1695 года в Исси, втайне от всех, собирается комиссия, в которую входят Боссюэ, монсеньор де Ноай, епископ Шалона, и аббат Тронсон, настоятель Сен-Сюльпис. Комиссия осуждает доктрину госпожи Гийон. Однако аббат Фенелон, жестоко разочарованный тем, что его назначили архиепископом в далекий диоцез Камбре (а не в Парижский, как он надеялся), всеми силами пытается смягчить действие приговора, который направлен лишь на мистическую доктрину проповедницы. Госпожа Гийон тем временем усугубляет свое нелегкое положение, продолжая переписываться с отцом Лакомбом, заключенным в Лурде. Последовательница квиетизма арестована и заключена в Венсеннском замке. Людовик XIV изливает свое негодование на госпожу Ментенон: именно она ввела Фенелона в придворное общество, покровительствовала ему и добилась того, чтобы его назначили наставником герцога Бургундского, — а это непростая и очень ответственная должность, ибо она связана с религиозным и моральным воспитанием будущего короля. 

Фенелон и Боссюэ

С этого времени все придворное общество, в том числе и госпожа де Ментенон, ожесточенно нападает на архиепископа Камбре. В январе 1697 года он издает «Объяснение основных изречений святых», предохраняющее разумную мистическую доктрину от квиетизма. Боссюэ тем не менее усматривает в его рассуждениях ересь. Между двумя силами Церкви — Боссюэ и Фенежжом, «Орлом из Мо» и «Лебедем «из Камбре» — начинается беспощадная борьба, порождающая шквал полемических выступлений и диффамаций. Галликане поддерживают первого из них, тогда как иезуиты встают на сторону второго, сближаясь с ним в ультрамонтанстве. Людовик XIV отсылает Фенелона в Камбре и требует от Иннокентия XII осуждения «Объяснения основных изречений святых». Понтифик же довольствуется тем, что осуждает в своем бреве некоторые положения Фенелона, подумывая о том, как бы рукоположить автора «Объяснений» в кардинальский сан. Появление в 1699 году фенелоновского «Телемака» ничего не меняет. Король велит изъять эту книгу из обращения, видя в ней скрытую критику его манеры правления. «Господин архиепископ Камбре, — говорит он, — самый химерический из лучших умов моего королевства». 

Огонь критики

В этот нелегкий период к затруднениям, вызванным борьбой с квиетизмом, добавляется критика экономического и политического образа правления государства. При дворе вновь возникает старое аристократическое течение. В экономической сфере слышатся обвинения в адрес кольберовского меркантилизма. Так, в своей книге «Большое историческое и политическое сокровище торгового процветания голландцев» (1694) монсеньор Пьер-Даниэль Гюэ обрушивается с резкой критикой на государственное регулирование экономики, предлагая обратиться к успешному опыту Голландии. Маркиз де Белеба, в свою очередь, защищает свободу торговли, тогда как шотландец Джон Лоу в 1707 году предлагает создать для погашения государственного долга денежную систему, основанную не на золоте, а на природных богатствах. Настоящим либеральным духом пропитан «Детальный обзор Франции» (1695), написанный Пьером Лепезаном де Буажильбером, главным наместником полиции в судебном округе Руана. Критикуя непосильную тяжесть косвенных налогов и корпоративной системы, приносящей торговле лишь вред, он ратует за свободную конкуренцию и свободную торговлю зерном. Буажильбера можно смело считать основоположником доктрин, развитых в XVIII веке физиократами. 

Вобан

Неутомимый труженик и мыслитель, Себастьен Лепретр де Вобан является одним из тех людей, кто лучше всех знает свое государство. Этот опытный человек по-прежнему прямолинеен и говорит правду в глаза. В 1689 году он открыто критикует «эдикт Фонтенбло», настойчиво требуя возврата Нантского эдикта. Как и Фенелон, он сокрушается о власти капитала над дворянством, но отказывается доверить его представителям какую-либо политическую роль. Он не может примириться и с изменениями в структуре министерств и управлений, произошедшими после смерти Лувуа. Сторонник крепких границ, Вобан — галликанец и по природе своей антиклерикал. На его счету 118 восстановленных крепостей и цитаделей, 33 возведенных укрепления и 53 осады. В 1703 году король назначает его маршалом Франции, а в 1705 году жалует ему звание кавалера ордена Святого Духа. Выдающийся инженер и большой специалист в области осадной войны, Вобан — признанный архитектор, экономист, статистик, агроном, а также автор множества воспоминаний. Это новый человек, который стремится к рациональной организации государства и общества, не закрывая при этом глаза на страдания народа. В определенном смысле идеи Вобана указывают на просвещенный деспотизм. Его «Проект королевской десятины», анонимно опубликованный в 1707 году, незадолго до его смерти, осужден закрытым советом, члены которого усмотрели в нем «многое, что прямо противоположно строю и обычаям королевства». 

«Проект королевской десятины»

Вдохновленный работами экономиста Буажильбера и трудами отца Леконта о Китае, в своей книге Вобан указывает на нищету, царящую среди «простого люда». Оставляя в стороне такие факторы, как климатические катаклизмы или кризисы в сфере продовольствия, он возлагает ответственность за народное обнищание на налоговую систему: корень бед, по его мнению, кроется в несправедливом распределении налогов (тальи), непереносимой тяжести косвенного налогообложения, архаичных габелях и Енутренних таможенных пошлинах. Решение проблемы Вобан видит в замене большей части налоговых пошлин единым налогом, «королевской десятиной», которой пропорционально облагались бы все доходы (ренты, жалованья, пенсии, земельные доходы…); с земельных ресурсов новый налог взимался бы натурой. Однако этот продуманный, смелый и рациональный проект задевает интересы слишком большого числа людей, у него нет ни малейшего шанса быть изученным и еще менее — быть принятым, ибо он угрожает налоговому капитализму откупщиков и заимодавцев.

Личная жизнь короля

Существует распространенное мнение о том, что Людовик XIV постоянно находился на виду, в результате чего он был начисто лишен личной жизни. Это ошибочное суждение: король, обладавший сильным, но замкнутым и скрытным характером, всегда приберегал для себя и личное время, и личное пространство.