Уже затемно явился Аким. Злой, хмельной, взъерошенный. Начал сходу ругаться да мне вычитывать:
— Чего с места перешли без спросу?! Почему на бедняцкое подворье встали?! С чего серебром сыпите?!!
Когда всё вокруг, отсюда до горизонта, плохо — проблема в «сюде».
— Акимушка, какая бешеная собака тебя покусала?
Хорошо, мы успели рушничков прикупить. Ох, и тяжко с ним. Праздник испортил, народ по углам разбежался. Надолго его не хватило, устал дед. Яков молчит. Мужичок одни, который с ними был, объяснил по простому:
— На порог не пустили. Где — хозяева переменились, где — отъехавши. Знаться не хотят.
К Акиму «золотая рыбка» — не приплыла. Все его славные боевые товарищи…
Возвращаться нам «к разбитому корыту»… Да я бы с радостью! Но следом мытари придут… Короче:
В моём конкретном случае: боярским сыном. Тоже «столбовым» — вписанным в реестры-«столбцы».
Аким ругался-плевался. Да и утих. Яков оплёточку на рукояти меча ковыряет. А Ивашко латает свой сапог и бурчит под нос:
— Ну и дураки. Даром ноги по жаре били. Нет чтобы сразу спросить. Вот же ж дурни. Ванька ж есть!
Да сколько ж можно! Что он меня всё время — «грудью на вилы»! Откуда мне, кое-какому кое-почём эксперту из 21 века, знать как делаются такие дела — получение боярства (!), в таком специфическом пространстве-времени, как Смоленское княжество начала 60-х годов 12 века! Надорвусь же! Из мозгов же грыжа вылезет!
— Сынок… Беда-то общая, семейная… Может, подскажешь чего?
— Как не подсказать-то? Подскажу. По мудрости народа нашего. Утро вечера мудренее. Пошли спать, Аким.
«Таких лис, как я, не ловят в курятнике с одним выходом». Я это уже говорил? Тогда другая мудрость: «нет такой проблемы, которую женщина не могла создать».
О! Фольк — прав. Всегда! Это же решение! Ну что тут непонятно?! Попаданец для местных — всегда проблема. Чем я выше залезу — тем проблема по имени «Ванька» будет больше. Осталось найти женщину… Шерше, извиняюсь за выражение, ляфам.
А зачем, собственно, шершеть? В смысле: её искать?! Я же её сам женщиной сделал! Зовут — княжна Елена, живёт — на Княжьем Городище. Правда… как бы головы не лишиться…
Глава 216
Утром ещё раз в голове покрутил, вариантов прикинул, решился:
— Николай! Бери образцы товаров, пойдём на княжий двор. Выносить «паутинку» на торг, не поклонившись прежде княгине с княжнами… не по вежеству.
— Так это… я ж ни с кем не сговаривался! Нас же и не пустят!
— Во! И я об том. Купчину с приказчиками — нет. А вот славного сотника храбрых стрелков со слугами… Если нас на княжий двор даже не пустят, то и ловить здесь нечего. А Аким? Или ты кто? Или не ты — верой и правдой? Трудами тяжкими да кровью горячей? Самого живота свого не щадя? Ну! Смотреть соколом, глядеть орлом! Хозяин! Тройки давай! С колокольцами!
— Свадьба, что ли?
— Бери выше — парадный боярский выезд! Новоявленный боярин Аким Янович Рябина выезжать изволяют-с. К самому светлому князю! По большой нужде.
Положим, «по большой нужде» надобны не тройки изукрашенные, а лопушков пачка. Но народ меня понял. Теперь — главное не мешать.
Часа через два — выехали. Как дураки с вымытыми шеями. Но — ярко и громко. Правда, пока тройки от Днепра наверх вытянулись — кони в мыле.
На воротах опять бородачи:
— А вы к кому? А по какому делу? А званы ли?
— К самому, к князю светлому. По княжьему делу. Званы.
Абсолютная правда: боярство раздавать — исключительно княжеское дело. Когда Аким вотчину получал, ему велено было явиться. Зван аж десять лет назад. Встречайте.