Прогрессор поневоле. Гексалогия (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Посмотрев на Зравшуна, я понял, что мы избежали серьезной опасности. Что это был за зверь, нужно было расспросить Зравшуна, но он сейчас был в таком состоянии, что лезть к нему с расспросами, означало, получить в морду, так что я загнал свое любопытство подальше и шепотом спросил, будем ли будить Вершителя и что нам делать с завтраком. Было заметно, что Зравшун только сейчас стал приходить в себя. Он наклонился над Вершителем и, зажав тому рот, резко ударил того в грудь. Наш попутчик захрипел, но те звуки, что выходили из-под ладони Зравшуна были еле слышны. Самое главное, глаза распахнулись во всю свою ширь, видимо удар был не из простых.

Жить хочешь? - Сквозь сжатые зубы поинтересовался наемник.

Вершитель только и смог, что моргнуть глазами. Зравшун опять приложил палец к губам и осторожно отвел свою руку ото рта нашего попутчика. Тот кряхтел и растирал то место, куда пришелся удар Зравшуна. Зравшун же тихо зашипел, как рассерженная змея.

Знаешь, Вершитель, я бы убил тебя во сне, уж больно много ты у нас сегодняшней ночью крови выпил. Ты не забыл, что должен был стоять в дозоре после меня. А знаешь, что ты совершенно не похож на наемного убийцу. Если бы не татуировка на руке, то я ни за что не поверил бы, что ты, один из них. Учитывая твой возраст ты, скорее всего выдаешь амуницию или амулеты, а может, занимаешь пост чуть повыше и являешься учителем по какой-нибудь специальности. Ты умудрился за одну ночь подписать себе смертный приговор и заслужить реабилитацию. Так что вставай поскорее, и собирайся в дорогу, мы умудрились забрести в охотничьи угодья каменного гарпа. Дед говорил, что их уже не осталось, но вот то, что я увидел, говорит мне одно, нам срочно нужно уносить отсюда ноги. Если до ночи успеем убраться как можно дальше то, возможно, он не станет нас преследовать. Была бы это самка я не стал бы так волноваться, но это самец и той туши, что он утащил, ему хватит на полдня. Все, встали, собрались и пошли. Я бы сказал, побежали, но в твоей обуви только за девушками гоняться. Идти тебе придется последним, все-таки нам нужно будет протаптывать тебе тропу. Будешь идти, все время оборачивайся. Признаки гарпа, это мощное тело и коричневая шерсть, вот такая и он показал на мой носок, задрав одну из моих штанин. В такой траве он не спрячется, поэтому увидишь его издалека. Если увидел, сообщаешь нам, попробуем отбиться, но тут все решит бог удачи, а он любит пошутить.

Я впервые видел Зравшуна таким напуганным, неуверенным да, такое бывало в моем мире, но вот на испуг его не возьмешь. Он, у меня дома, на незнакомый звук, выскочил совершенно голый, но с саблей в руке, а здесь он явно чего-то боится. Препираться с Зравшуном никто не стал. Мигом собрали лагерь и быстрым шагом стали удаляться от приютившей нас рощи, которая чуть не стала нашей общей могилой. Воды осталось всего на один раз, а тут идти по жаре целый день, да еще в хорошем темпе.

Я предложил Зравшуну чередовать ходьбу и бег, тогда мы успеем покрыть большее расстояние за меньшее время, для нас основная задача, как я понял, выбраться из охотничьих угодий гарпа. У меня дома тренированные бойцы в таком рваном ритме проходят достаточно большие переходы, организм во время ходьбы успевает восстановиться. В первое время определим время бега и ходьбы по нашему попутчику, он у нас самое слабое звено, так что главное, не доводить его до отдышки. Сначала я буду следить за ним и давать команду на смену ходьбы или бега, руководствуясь его самочувствием. Когда выработается система, тогда буду ориентироваться по часам. Если еще учесть наши с Зравшуном рюкзаки, то мы все будем иметь одинаковую физическую подготовку с Вершителем.

 Глава 3.

* * *

Первые полчаса мы приспосабливались все и ко всему. Вершитель, как бегать в шлепанцах, которые мы ему, как могли, примотали к ногам. Мы, как нам бежать с рюкзаками за спиной. Рюкзак, он очень хорошо сидит на спине, когда ты его несешь обычным шагом. Элементы разгрузки фиксируют его на поясе несущего, так что лямки только для того, чтобы он не кувыркнулся со спины назад, но вот бежать с ним, это сущая пытка, он, за счет своей массы, имеет неплохую инерцию и раскачивается, полностью мешая нормальному бегу, тебя, как бы бросает из стороны в сторону. Приходится применять неимоверное усилие, чтобы телом погасить часть инерции рюкзака. Я на бегу подтянул ремни на своем рюкзаке, а потом, также на бегу, показал, как подтягивать ремни разгрузки Зравшуну,

Все, как манну небесную, ждали мою команду, "шагом". Я все еще подбирал оптимальный режим соотношения времени бега и ходьбы. Сейчас мы бежали четыре минуты и шли шагом две. По Вершителю было видно, что это его предел. Видимо он давно перестал заниматься своим телом, а полностью отдался той работе, которую выполнял в братстве. Глядя на его фигуру и поведение, в голову приходила только одна профессия - кладовщик, но его слова о том, что его сюда заманили, чтобы убить, говорили о том, что он каким-то образом близок к руководству братства. Напрашивалась аналогия с каким-нибудь администратором.

Тем временем мы уже потеряли из вида ту самую рощу, где ночевали прошедшую ночь и где нас практически оставил без мяса хозяин этого участка Диких земель. Сейчас все решало то, успеем ли мы убраться с его территории, или нет. Он поест, отдохнет, и только потом пойдет разбираться с наглецами, вторгшимися к нему в гости. Гости в очередной раз перешли на шаг и тяжело дыша, восстанавливались после бега. Как ни странно, но такой темп пока поддерживать удавалось. Даже наше слабое звено умудрялся не отставать на беговых участках, а вот при ходьбе ему это не удавалось и нам приходилось слегка сбавлять темп ходьбы, но такие потери времени были крохотные, по сравнению с выигрышем расстояния при беге.

День уже давно перевалил за полдень, приближалось время, когда мы, либо выберемся на чужую территорию, куда не сунется каменный анахронизм этого мира, либо нам придется вступать с ним в борьбу. Чтобы им всем не вымереть вовремя, так нет, несколько особей осталось. Если бы нам не встречаться с такими монстрами как этот самый гарп, да карисаны, то и жизнь в этом мире напоминала бы рай. Хотя нет, еще же остались красивые цветочки-убийцы и много чего еще, что мне неведомо. Нужно было родиться в этом мире, чтобы на протяжении своего взросления получать дозированную информацию, что можно есть, куда можно ходить, что можно брать. Я потряс головой, какие-то дурные мысли лезут в голову. В это время закричал Зравшун, мы с Вершителем оба встрепенулись. Зравшун только и смог прохрипеть, что нам нужно срочно бежать. Я даже спрашивать не стал, нужно, значит нужно, и рванул за Зравшуном, сзади послышались знакомые шлепки шлепанцев по пяткам нашего слабого звена. Мы неслись как угорелые, Зравшун предложил очень высокий темп, а ведь мы не успели восстановиться от предыдущего бега. Но Зравшуну виднее, да и Вершитель не отстает, видно что-то такое происходит. В таком темпе мы пробежали метров пятьсот, перед глазами уже начали летать черные мушки, когда Зравшун прохрипел, - все, - и повалился на траву. Я рухнул рядом, а затем рядом повалилось еще одно тело. Мы все дышали как загнанные лошади. Я дотянулся до бутылки с остатками воды. Полтора литра неприкосновенного запаса еще плескались в пятилитровой бутыли, а здесь осталось не больше полулитра, но сейчас нам вода была нужна как воздух. Я отхлебнул свою долю и протянул Зравшуну, тот все понял без слов и, выпив половину, протянул остатки Вершителю, тот с благодарностью припал к горлышку бутылки, так как пить, таким образом, уже научился у нас. Организм постепенно приходил в норму, теперь я слабо стал различать запах какой-то вони, о чем и спросил Зравшуна, тот утвердительно кивнул и посоветовал сильно не принюхиваться, так как это наш знакомый гарп так помечает свою территорию. Но если я чую запах, значит ветер дует с той стороны, а там, после наложенных куч шел участок с очень нехорошей травой, которая дурманит голову и если не выбраться с того участка, где она растет, то можно остаться там навсегда в виде трупа. Сейчас ветер дует через эту траву к нам, так что лучше убираться отсюда, В целом, мы уже слегка отошли от того сумасшедшего бега, поэтому поднялись и зашагали за Зравшуном. В голове стало проясняться, появилась какая-то легкость и бесшабашность. Я сообщил Зравшуну о своих ощущениях, но тот только кивнул головой, так и должно быть при отравлении этими травами, но мы уже выбрались из этого опасного участка. Теперь расплатой будет только сильная головная боль сегодняшней ночью, но тут уже ничего не поделаешь, пока организм не выведет токсины из организма, мы будем вынуждены испытывать дискомфорт. Я про себя подумал о сильном болеутоляющем, лежащем в моем рюкзаке. Если убрать головную боль, да еще найти много воды, то можно и побороться с последствиями такого отравления.

Как и говорил Зравшун, головная боль стала накатывать на нас ближе к вечеру. Мои глаза лихорадочно шарили по горизонту, ища признаки какой-нибудь рощи. Нужно было искать место для ночлега, кроме того сегодня ночью мы, по словам Зравшуна, будем плохими воинами. Будем лежать, и скулить от боли, раздирающей нашу голову надвое. Я поинтересовался у Зравшуна, а что, он уже попадал под действие такого отравления, тот только грустно кивнул и признался, что это было на заре его вступления в наемники и тогда из сорока человек в живых осталось восемь. В основном это были молодые парни, которые смогли перебороть боль и выползти из зараженной местности. Им тогда повезло, что поднялся встречный ветер и унес остатки воздуха с взвешенной ядовитой пыльцой. Но вот последующую ночь пережили только трое из восьми. Тупая ноющая боль тоже способна убивать не хуже, чем хищники или яд. Кто-то разбил свою голову об камень, кто-то захлебнулся в рвотных массах, кто-то свалился в овраг и сломал шею. Зравшун, спасибо деду, был научен, как сопротивляться галлюцинациям, поэтому он успел привязать себя к дереву и так просидеть всю ночь. Двоим, проходящим мимо него, ничего не соображающим воинам, он просто подставил подножку. Те свалились и больше подняться до утра не смогли. Вот так они трое и выжили. Да жуткая перспектива, но может они тогда нанюхались побольше нашего. Зравшун отрицательно помотал головой. Видимо он помнил тот участок и мог сравнить его с тем, что прошли мы.

Я спросил Зравшуна, а как теперь быть с нашим преследователем, но Зравшун отрицательно помотал головой, он за нами не сунется, жить хотят все. Я поразился тембру своего голоса, он был какой-то звенящий и сам голос раздавался откуда-то сбоку. Так, хорошо, одной головной болью станет меньше, а вот о грядущей головной боли и галлюцинациях, которые, похоже, уже начинаются, нужно подумать и принять меры. Я на ходу перевесил рюкзак перед собой на одно плечо и принялся копаться в нем. Хорошо, жизнь научила, что аптечка должна быть всегда легкодоступна, так и сейчас, в одном из кармашков рюкзака я нащупал коробочку с лекарствами и перевязочным материалом. Найдя в ней обезболивающее и абсорбент, я вытащил по три таблетки каждого. Придется пожертвовать тремя глотками воды из оставшихся полутора литров. Так, сначала абсорбент, пусть поможет организму очиститься от той дряни, что в него попала, а ближе к ночи выпьем и обезболивающее. Я остановил группу и раздал таблетки абсорбента. Показал, как их пить и приготовил воду. Жить, как и гарп, хотели все, поэтому без разговоров приняли то, что я им дал и запили водой. Кто разжевал таблетки, кто проглотил, как и я, но, самое главное, процесс очистки организма сейчас начнется, а там, глядишь, и обезболивающее поможет.

Глава 4.

* * *

Доверие к опыту Зравшуна было огромное, поэтому мы двигались в нормальном темпе, не делая попытки бежать. Зравшун еще раз заверил нас, что обозначение границ территории, у гарпов святое, и он никогда не направится на чужую землю. Правда, здесь мы не знаем, чья территория, но будем уповать на то, что гарпы кончились. Идти было легко, так как действие дурмана от травы продолжалось, и мы совершенно не ощущали усталости или какой-то боли в мышцах. Я поинтересовался у Зравшуна, почему он так перепугался, когда узнал, что нашим противником является гарп. Мы же с ним отбились в прошлый раз от двух карисанов? У Вершителя в глазах появился нездоровый блеск и огромное любопытство, но он не решался задать его нам, он все еще не отошел от профилактики, которую ему устроил Зравшун сегодня утром. Зравшун задумался лишь на миг, а потом, подбирая слова, попытался донести до меня, что карисаны, сейчас, самые мощные и злобные существа в мире, но раньше, пальму первенства устойчиво держали гарпы. По сравнению с гарпом, карисан менее поворотлив, вот поэтому мы с ним и смогли тогда завалить обоих карисанов, с гарпами, да даже с одним, такое бы вряд ли произошло. Он очень подвижен и, кроме того, может очень далеко прыгать. Зубы в его пасти устроены так, что он играючи откусывает врагам руки или ноги. Добычу тащит, зацепив огромными клыками, которые я, да и он, увидели в той пасти, что показалась из кустарника сегодня рано утром. По ним, да еще по окрасу шерсти, он определил принадлежность этого зверя к гарпам. Да, я тоже обратил внимание на эту часть пасти. Это, конечно, не саблезубый тигр, но вот то, что они не менее тридцати сантиметров, отчетливо бросилось мне в глаза.

Тем временем на горизонте показалась очередная роща, а значит мы сегодня ночуем в ней. Слова Зравшуна о коварстве того дурмана, что мы надышались, не выходили у меня из головы. Самое главное, что мы знаем, как противостоять воздействию галлюцинаций, если только принятый нами абсорбент не снизит уровень этой дряни, попавшей в наш организм. Кроме того, я мог попытаться полечить моих попутчиков своими методами, но вот себя, наверное, я так полечить не смогу. Нужно видеть, где больше всего накопилась это зараза и дать организму команду, избавиться от этого продукта с помощью органов выделения. Ну, подумаешь, загадим все вокруг возле нашей стоянки, зато останемся живы. Кроме того это будет отличный знак другим обитателям этих мест, что здесь обитают те, кого трогать не нужно. Мне кажется, что человечество и выжило-то, благодаря таким пахучим меткам, густо разбросанным вокруг постоянного жилища людей. Для хищников это был очень серьезный аргумент. Здесь, хоть и другой мир, но развитие человечества, думаю, проходило так же. Пока мой воспаленный мозг прокручивал все эти мысли в голове, мы постепенно приближались к обнаруженной нами роще. Уже сейчас можно было сказать, что это не роща, а небольшой лес, так как он раскинулся на значительное расстояние что вправо, что влево, от направления нашего движения. Зравшун уверенно пер нас к этому лесу и, как мне показалось, немного увеличил темп нашего движения.

Уже на заходе светила мы вступили в этот лес. Сразу стало ясно, что он более густой и здесь присутствуют разные породы деревьев. Останавливаться на опушке не стали, а продвигались вглубь этого лесного массива. Зравшун проявлял себя как знающий, толковый командир, а в нашем случае, проводник, поэтому мы безоговорочно ему доверяли. Найдя очень уютную полянку, мы сбросили с себя вещи и, оставив Вершителя сторожить наш скарб, отправились обследовать ближайшее окружение. Было понятно, что на весь этот лес нас не хватит, поэтому договорились обследовать местность, шагов на двести в обе стороны. Нас интересовали лежки зверей и, самое главное, наличие питьевой воды.

Я прочесал вверенную мне территорию минут за сорок и, когда вернулся, то застал обоих моих компаньонов за бурным обсуждением. Оказалось, что Зравшун нашел родник, который образовывал небольшой ручей, вот Вершитель и требовал, чтобы мы отправились прямо туда и устроили там лагерь. Зравшун, как маленькому ребенку объяснял Вершителю, что ночевать у единственного источника воды в округе, это подвергать себя смертельной опасности. На водопой приходят все и хищники и их жертвы. Там же разыгрываются кровавые драмы, так что нам будет достаточно набрать воду в наши емкости, и спокойно переночевать в безопасном отдалении от водопоя. Завтра, когда хищники уйдут на свои лежки, то мы обновим запасы воды, и отправимся дальше. Я поддержал слова Зравшуна, напомнив Вершителю, что мы сегодняшней ночью еще должны побороться с остаточными явлениями отравления теми дурманящими спорами, что осели в наших организмах, так что предложение Зравшуна является оптимальным, ведь мы, скорее всего, не сможем организовать ночную охрану нашего лагеря. До Вершителя постепенно начал доходить смысл всего того, что мы вывалили на него, отстаивая точку зрения Зравшуна. Пока было время, то мы бегом отправились запасаться водой, прихватив всю посуду, что имелась у нас. Не факт, что завтра нам удастся запастись водой еще раз, так что будем набирать впрок. Родник оказался не очень далеко, так что у нас это много времени не заняло. Я набирал воду, а Зравшун страховал меня от хищников. Так же бегом мы вернулись в лагерь, так как все же нам пришлось бросить Вершителя одного. Он производил комичное зрелище, в шлепанцах, обрезанных джинсах и с саблей наголо. Воинственный вид добавлял живот, свешивающийся через пояс моих джинсов, которые были ему слегка маловаты, но порученное дело он выполнял со всей ответственностью.

Время было позднее, так что начали срочно готовить еду. На этот раз кроме традиционной лапши, нарезали мясо как на шашлык и приготовились его замариновать какими-то травами, которые указал Зравшун, как только освободится кастрюлька. К лапше слегка обжарили печень и с удовольствием ее съели, так как всем нужны были силы, особенно мне, ведь я собирался провести еще два лечебных сеанса моих попутчиков. Попив чаю, мы завершили сегодняшний ужин и принялись нарезать мясо, так как оно уже начало портится, ведь мы несли его сырым, только травка запах отбивала, чтобы не приманивать хищное зверье. Разделка мяса много времени не заняла, так как куски были без костей, а только сплошная мякоть. Вместо уксуса использовали сок какого-то зонтичного растения, вместо лука, корни растения, отдаленно напоминающего чеснок, только головка была цельная, а не зубчиками. Ножей хватало, так что мы управились достаточно быстро и стали обустраивать лагерь. Я раздал таблетки от головной боли, все безоговорочно выпили их, по Зравшуну было видно, что он прислушивается к своему организму, но пока никаких неприятных симптомов не было. Я надеялся, что абсорбент забрал большую часть яда и сейчас мы могли получить легкое недомогание и головную боль, к борьбе с которой я был готов, три таблетки обезболивающего лежали у меня в кармане. Не гигиенично, зато всегда под рукой, ведь я не знал, когда у нас начнется приступ. Зравшун уверял меня, что галлюцинации наступят глубокой ночью, когда организм расслабится.

Следовало, пока еще что-то видно, приступать к лечебным процедурам. Я приказал Вершителю лечь на каримат, а Зравшуну стеречь нас, потом погрузился в изучение организма Вершителя, пытаясь отыскать очаги накопления токсинов. Таких очагов обнаружилось три, вычистил все. То что в почках и печени будут такие накопления я был готов, все же это два традиционных фильтра, а вот то, что такое накопление будет в легких, для меня оказалось неожиданностью, ведь там происходит постоянное обогащение крови кислородом и вывод из крови углекислого, и других, не нужных организму газов. И вот в этой фабрике переработки вдыхаемого воздуха, которая не останавливается ни на минуту, оказались залежи какого-то вредоносного продукта. Вредоносность его я определял по характерному цвету, в котором мне виделся этот продукт. Эти залежи, скорее всего, ждали, когда контроль мозга над организмом ослабнет, и тогда полчища вредоносных элементов устремятся в мозг по малому кругу кровообращения. Да, хитрая штука эта травка, которая нас чуть не убила. Я закончил чистку Вершителя и приказал им с Зравшуном меняться местами. Зравшуна лечил по отработанной схеме, так что у меня еще осталось немного сил на себя, правда, в процессе лечения я все-таки отключился от магического истощения.

Глава 5.

* * *

Я проснулся не лучше Вершителя, привязанный к небольшому деревцу, это видимо, чтобы меня удобнее было обгладывать диким зверям. Постепенно на ум пришло, что это же методика Зравшуна, как спасаться от галлюцинаций. Интересно, где же наша охрана? Охрана спала здоровым детским сном прямо посредине поляны, лицом в траве и радостно пуская слюни изо рта. Я уже хотел было заорать, чтобы он проснулся, как краем глаза заметил Зравшуна, внимательно следящего за нашим лагерем, мной и горе-охранником. Я попытался пошевелиться, это не укрылось от глаз наемника, и он поспешил ко мне. Отвязать меня много времени не заняло, и вот я сижу, постепенно приходя в себя и давая восстановиться затекшему телу. Вот чувствительность тела восстановилась, и я стал ощущать, что у меня искусаны губы в кровь, костяшки пальцев сбиты, видимо я с кем-то дрался. Зравшун протянул мне смоченную в воде тряпку, чтобы я оттер кровь с лица и рук. Потом проронил, что драться с самим собой не очень интересно, поэтому ему пришлось применять мои же методы. То есть зарядить мне так, как его никогда не учили, и на контрасте прокатило. Его натренированные рефлексы, которые жили во мне, не отреагировали на такое кощунство, так я и оказался в отключке на какое-то время, которого хватило Зравшуну, чтобы привязать меня к дереву. Дальше были только мои попытки разорвать путы, удерживающие меня. Что мне виделось, наемник не понимал, но кричал я страшно, так что распугал всю живность вокруг. Вершитель, видя, чего мне стоило то лечение, которое я им провел, осознал все и предложил поставить его в ночное охранение, чтобы дать наемнику немного времени отдохнуть, так как прошлую ночь тому пришлось дежурить за двоих. В общем, я сейчас наблюдаю, как наш попутчик сторожит нас, хорошо, что ночью мало насекомых, а то искусали бы нерадивого охранника.

Вообще, странный нам попутчик попался, по его словам, он принадлежит к ночному братству, но вот все его выходки, да и поведение говорят, что он на наемного убийцу никак не тянет. Хотя, что-то в нем осталось от былой бесшабашной жизни, ведь смог же он поддерживать темп при беге, а вот восстанавливался плохо, скорее всего, когда-то был в хорошей физической форме, но вот сытая, судя по животу, жизнь, высосала из него все его прошлые достижения, да и саблю, как мы выяснили с Зравшуном, он держать не умеет.

Тем временем я отмыл кровь с лица и рук, тело немного отошло и я, наконец, смог подняться на ноги. Все болело, как будто по мне прошел взвод солдат, почему-то не мог полностью разогнуться. Зравшун заверил меня, что он бил аккуратно, чтобы не сломать мне чего-нибудь, но вот то, что я сопротивлялся, в свойственной самому ему манере, не позволяло ему уложить меня. Помог случай, я оступился на попавшем под ногу сучке, вот тут он и провел такой же удар, который наблюдал на площади перед дедовским замком, когда я уложил лучшего кулачного бойца деда. Помня последствия, он снизил силу удара, так что я просто рухнул, как подкошенный, а он, не обращая внимания на мое состояние, срочно примотал меня к дереву, так как неконтролируемый процесс влияния галлюциногенов на мое сознание пошел по нарастающей.

Мы разговаривали громко, так что наш охранник стал ощущать себя, вернувшимся в наш мир, и открыл глаза. Тяжелый вздох был подтверждением того, что он полностью осознал, где он и что ему было поручено. Его тело, как и мое, затекло от неудобной позы. Наконец он смог встать на четвереньки, а потом и с трудом, выпрямиться. Зравшун посмотрев на него, только рукой махнул. Лучше уж надеяться на себя, чем стать жертвой такой вот охраны. Мы с наемником, конечно, не были совсем уж беззащитны, так как наши рефлексы были натренированы годами специальных упражнений. Ну и что, что мне это досталось на халяву, но ведь пользоваться то этим я могу, а значит, будем пользоваться.

Сегодня никуда идти не придется, я был беспомощным приложением к нашей компании. Сил не было ни магических, ни физических, плюс страшно болело в области печени, куда пришелся удар. Я все еще ходил слегка согнувшись. Мне казалось, разогнись я еще чуть-чуть и во мне что-то лопнет. С этим нужно было что-то делать. Я вытащил из рюкзака запасы сахара и сделал себе стакан сладкого сиропа. Оба мои попутчика тут же проявили к этому интерес и попросили попробовать. Оба стали отплевываться, а я залпом выпил остатки того, что осталось в моей кружке. Скоро должно стать полегче, все-таки гликоген помогает печени восстановиться после таких стрессов. Сейчас даже работа субмаксимальной мощности не нужна, чтобы гликоген стал поступать в кровь. Само повреждение печени, заставит этот процесс активно протекать в организме. Уже через полтора часа я мог нормально ходить и не морщиться при каждом неловком движении. Следовало накормить моих охранников и дать сегодня Зравшуну полноценно отдохнуть. Мое общее состояние постепенно приходило в норму, поэтому я поставил воду кипятиться, а сам отправился собирать хворост для костра и искать хорошие пруты для шашлыка. А что, мясо замариновалось, так что обед у нас сегодня будет королевским. На хворост много времени не понадобилось, лес был завален сушняком. Это навело меня на мысль, что с костром нужно быть здесь поосторожнее. Притащив огромную охапку сучьев толщиной с мою руку и чуть-чуть побольше, я все это сгрузил подальше от нашего стола и принялся готовить поздний завтрак. Продуктов оставалось еще достаточно, так что позавтракали пюре, а вот вместо чая насладились фруктово-ягодным напитком, благо Зравшун собрал подходящие ягоды и какие-то плоды, пока я собирал хворост. Наконец с завтраком было покончено, и я быстро соорудил Зравшуну небольшой шалаш на одного человека. Тот все понял без слов и завалился спать, так как по нему чувствовалось, что он держится из последних сил. Это путешествие нас изрядно вымотало, но зато и принесло нам много полезного. Мы точно знали, что можем доверить друг другу спину, и никто из нас не бросит другого умирать, спасаясь при этом бегством.

Пока Зравшун отсыпался, я занялся подгонкой амуниции нашего третьего члена команды. Я смог дать ему только случайно завалившиеся в одном из карманов рюкзака носки, но это было уже что-то, все-таки ноги будут защищены. В рюкзаке Зравшуна нашлась майка, правда с портретом президента Путина, но думаю, что дипломатического казуса не получится, так как никаких дипломатических отношений у наших миров пока нет. Ну, а что смущало в этой майке, так это то, что ее все-таки наденет наемный убийца. Правда, какой он убийца, так, недоразумение одно с большим брюшком. Однако от ярких лучей светила она убережет, уже подгоревшее тело нашего случайного попутчика. Зравшун спал часов до четырех. Я не стал его будить, да и смысла не было, завтрак был поздний, так что обед, скорее всего у нас плавно перетечет в ужин, потом организуем вечерний чай или такой же напиток, как и за завтраком, уж больно он мне понравился. В меру сладкий, в меру терпкий, в меру кислый. В общем, во всех отношениях, приятный напиток, да еще и тонизирующий, по-моему, но тут я могу ссылаться только на свои ощущения, а они у меня несколько рассогласовались, после тех тумаков, что я получил от Зравшуна. Мы с Вершителем разожгли костер и, соорудив из кусков камней что-то наподобие мангала, стали пережигать ветви, чтобы получить угли, приемлемого качества. Вскоре, по моим предположениям углей было достаточно, и мы принялись укладывать прутики с нанизанными кусками мяса. Мясо вынуждены были нанизывать плотно, иначе прутики перегорели бы на открытых участках от жара, исходящего от углей. Вскоре первая партия шашлыка была готова, по поляне поплыл неповторимый, божественный аромат. Он-то и пробудил спавшего богатырским сном, Зравшуна. Нос его, едва он выбрался из шалаша, точно определил направление на такой божественный запах, что мы вынуждены были срочно накрывать на стол. Шашлык пошел на ура. Мы ощущали, как наши силы восстанавливаются, оставшиеся три, а то и два дня мы уж одолеем. Нас не пугали даже карисаны, в прошлый раз разобрались, и сейчас разберемся, тем более что навыки у нас с Зравшуном теперь одинаковые. Мясо для шашлыка еще осталось много, все-таки Зравшун отхватил изрядные куски мяса с той антилопы, пока у нас ее банально не утащили прямо из-под носа.