Нечто подобное: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Разве? Благодаря принципу фон Лессингера, у нас есть доступ к тренированным убийцам, а в нашей эре, как вы заметили, таких профессионалов нет. Сомневаюсь, чтобы это было уничтожение десятков или сотен людей. Мне кажется, что можно было бы ограничиться советом директоров, исполнительными вице-президентами производства. Возможно, всего восемь человек.

Пемброук живо добавил:

— И эти восемь человек, эти представители администрации являются, де-факто, преступниками: они, фактически, организовали заговор против законного правительства. Они наравне с «Сынами Службы». С этим Бертольдом Гольтцом. Хоть и надевают бабочки каждый вечер, пьют марочные вина и не бранятся в трущобах и на улицах.

— Могу ли я сказать, — сухо произнесла Николь, — что мы все де-факто преступники? Потому что это правительство, как вы заметили, держится на обмане. Причем высшей степени.

— Но это законное правительство, — сказал Грат, — есть обман или нет. И так называемый обман осуществляется в интересах народа. Мы делаем это не для эксплуатации — как делает система картелей. Мы не обжираемся за счет кого-либо.

По крайней мере так мы себя убеждаем, подумала Николь.

Пемброук очень уважительно произнес:

— Поговорив только что с министром юстиции, я понял, что он думает об усилении картелей. Эпштейн считает, что их надо урезать. Это необходимо!

— Возможно, — сказала Николь, — вы слишком много уделяете внимания картелям. Лично я — нет. И возможно, нам следует подождать день-два, когда Герман Геринг будет с нами и мы сможем спросить его мнения.

Теперь они уставились на нее открыв рты.

— Шутка, — сказала она. Или нет? Она сама не знала. — В конце концов, Геринг основал гестапо.

— Я бы этого не одобрил, — высокомерно сказал Пемброук.

— Но не вы делаете политику, — сказала ему Николь. — Технически ее делает Руди. То есть — я. Я могу заставить вас подчиниться мне. И вы это сделаете… конечно, если не предпочтете вступить в ряды «Сынов Службы» и маршировать вдоль по улицам, монотонно распевая и бросая булыжники.

Гарту Макрею и Пемброуку было не по себе. Они казались несчастными.

— Не пугайтесь, — сказала Николь. — Вы знаете, что является истинной основой политической власти? Не пушки и не войска, а способность заставить других делать то, что ты хочешь, чтобы они делали. Любыми имеющимися способами. Я знаю, что могу заставить НП делать то, что я хочу, несмотря на то что вы лично ощущаете. Я могу заставить Германа Геринга делать то, что я захочу. Это будет не его решение, а мое.

— Надеюсь, — сказал Пембрук, — что вы не ошибаетесь в том, что сможете управлять Герингом. Признаюсь, что чисто субъективно я лично очень напуган, напуган всем этим экспериментом с прошлым. Вы можете так открыть шлюзы. Геринг не клоун.

— Я прекрасно это знаю, — сказала Николь. — И не берите на себя смелость давать мне советы, мистер Пемброук. Это не ваше место.

Пемброук покраснел, какое-то время помолчал и затем очень тихо произнес:

— Извините. Теперь, если вы, миссис Тибодокс, не против, я бы хотел затронуть еще один вопрос. Это касается единственного практикующего в Штатах. Это доктор Эгон Саперс. В объяснении, представленном НП по поводу разрешения его…

— Я не хочу об этом слышать, — сказала Николь. — Я хочу, чтобы вы занимались своим делом. Вы должны знать, что я никогда не одобряла Акт Макферсона. Едва ли вы можете ожидать, что я стану возражать, если он не полностью выполняется…

— Пациент, о котором идет речь…

— Пожалуйста… — сказала она резко.

Пемброук с безразличным лицом пожал плечами и повиновался.

Глава 8

Когда они вошли в зал на первом этаже «Адмирала Буратино», Ян Дункан увидел, что за Элом Миллером семенит плоская фигурка марсианского существа, папуулы. Он остолбенел.

— Ты и это взял с собой?

Эл сказал:

— Ты не понимаешь. Разве нам не надо выиграть?

После паузы Ян сказал:

— Не таким путем.