– Я всё нормально делаю, – ответил Паша, и отбросив прядь пепельных волос назад, поправил одну из шести свечей, чтобы встала ровнее.
– Говорите тише, – зашипела на них девочка слева от Паши, – здесь написано, что шуметь нельзя!
– Всё готово, Рита, говори, когда начинать, – Паша снял со стекла клетку, открыл её и достал оттуда одной рукой шевелящее лапками животное.
Ветер подул из форточки, всколыхнув синеватую в ночи тюлевую штору и норовя задуть свечи.
– Коль, закрой окно.
Мальчик справа от Паши встал и молча направился к окну. Он был высок, излишне худощав, волосы имел толстые и непослушные, вечно торчащие в разные стороны. Один глаз у него косил в сторону. Если бы не этот недостаток его лицо можно было бы даже назвать приятным.
“Мать – колдунья, вот и ребёнок вышел с браком. Зато для заклятья как раз пригодится” – думала про него Рита.
“Я-то никогда не буду иметь детей”
– Садитесь по кругу, Паша, у тебя крыса, Коля, ты читаешь, держи книгу.
Она протянула ему старую книжку, открытую на нужной странице, а сама распустила свои длинные светло рыжие волосы и села поудобней.
Спустя несколько секунд, Коля опустил книжку пониже, чтобы свет от свечей освещал ему страницы и начал медленно читать, пытаясь во тьме разобрать непонятные для него слова.
Шепчу слова запрещённые,
Шепчу тебе в ночи,
Зову силу твою и кровь,
Ногти и части костей,
Мёртвое дыхание яви нам
Светом проклятый ангел зла!
– Может оставим грызуна, а? – вдруг сказал Паша, когда чтение прекратилось, и слегка подрагивающая рука его легла на холодный пол, прижав к нему мягкое маленькое существо.
“Ты всё испортишь, глупый слабак” – подумала, стиснув зубы, Рита и со злостью вырвала у него крысу. В комнате становилось холоднее, но Паша думал, что только он один это замечает.
– Читай второй раз, – зашипела девочка. И слова заклятья вновь полились из уст Коли.
Шепчу слова запрещённые,
Шепчу тебе в ночи,
Зову силу твою и кровь,
Ногти и части костей,
Мёртвое дыхание яви нам
Светом проклятый ангел зла!
Паша вновь убрал со лба непослушные, отросшие слишком сильно волосы, которые к тому же прилипли к вдруг ставшему влажным лбу. Его тело мелко подрагивало, то ли от холода, то ли от чего-то еще. Все окна уже были закрыты, но в чёрноте комнаты тени детей плясали по стенам под нервные движения пламени свечей словно живые.
– Последний раз, – почти пропела Рита и в глазах её зажглись собственные свечи.
Коля начал читать заклятье по третьему кругу.
Шепчу слова запрещённые,