– Это хорошо. Послушайте, я приехал в Биарриц на день. Мы можем встретиться. Вы согласны?
– Да.
– Тогда встречаемся возле «Большого пляжа», перед казино. Сможете?
– Да.
– Через полчаса?
Он приехал на мотоцикле. Черный шлем, черная футболка. Зеленые очки «Ray Ban Pilote», популярные в 70-е годы, которые снова вернулись в моду. Загорелый. Небритый. Он совсем не был похож на флика. Обычный отпускник с отдохнувшим лицом. Интересно, у него и сейчас при себе оружие? Наручники? Удостоверение полицейского?
Он впился в меня взглядом, как все мужчины, которых я встречала этим утром после сеанса макияжа у Эвы Марвиль. Должно быть, он растерялся. Я совсем не была похожа на бледную и рыдающую мать, которая пришла к нему домой тем вечером. На женщину, которую он встречал несколько раз в комиссариате. На ту, которую держал в своих объятиях.
Мы сели за столик в открытом кафе на Большом пляже, недалеко от «Club Mickey», куда не хотел идти маленький Арно, потому что там дети над ним смеялись.
Лоран положил шлем на пустой стул между нами.
– Как ваш сын? Есть новости?
– Сегодня утром он открыл глаза.
– Значит, он вышел из комы?
– Нет. Из комы он не вышел.
Он заказал кофе для себя и минералку для меня. Закурил сигарету.
– Расскажите, Жюстин, как прошла ваша встреча с той женщиной.
Я посмотрела на свои руки, лежащие на белом пластике стола.
– Мне нечего рассказывать. Я пошла в ее магазин, там продается косметика. И ничего ей не сказала. По крайней мере, ничего о своем сыне.
– Зачем же тогда вы сюда приехали?
Я подняла глаза. Накрашенные ресницы сужали поле зрения, причиняя мне неудобство.
– Я не знаю. Не знаю.
Он молча курил, поглядывая на меня. Потом снял очки. Его светлые глаза изучали мое лицо.
Вокруг нас проходили, разговаривая и смеясь, люди, снова и снова с шумом ударялись о берег волны. В «Club Mickey» дети прыгали в воду с трамплина и визжали от удовольствия. Девочки-подростки с украшенными пирсингом пупками шепотом разговаривали по мобильному. Мать ругала сына за то, что он обсыпал песком разложенные на салфетке бутерброды.
– Я был в местном комиссариате. Мои коллеги рано утром в понедельник будут у нее.
– В понедельник утром?
– Да. Теперь дело пойдет быстро. Мне удалось ускорить процесс, несмотря на юридические каникулы.
Я колебалась. Должна ли я поблагодарить его. Сказать что-то? Но я не знала, что именно. Я просто улыбнулась ему.
Взгляд светлых глаз на моем лице, на губах.
– Я сильно рисковал ради вас, Жюстин. Я сделал то, чего флик не должен делать. Дал вам ее имя, к примеру. Приехал сюда, чтобы встретиться с вами, в свой отпуск. Рассказал вам все, причем в деталях. Мне бы хотелось, чтобы вы это понимали. Я уже говорил вам об этом, и хотелось бы, чтобы вы это помнили. Не натворите глупостей, Жюстин. Дайте нам сделать нашу работу. Возвращайтесь в Париж, к сыну. Здесь вам больше делать нечего.
Говорил он ласково, но твердо.
Я кивнула. И сказала, не глядя на него: