Страшно подумать, как страдали египетские дети.
В это время у нас дома часто обсуждали, когда же будет сломлено чудовищное упрямство фараона. Аарон считал, что Мернепта на этот раз обязательно отпустит евреев в пустыню:
— Он не враг народу своему. Он понимает, что может случиться нечто страшное, если он не послушает нашего Бога. Четыре казни наслал на Египет Господь. Неужели этого мало для Мернепты?
— Нет, — возражал ему Моисей, — фараон еще не вполне почувствовал могущество нашего Бога. До сих пор он думает, будто его боги не защищают Египет лишь по недоумию или нерадению жрецов, но когда-нибудь они смилостивятся и вступят в схватку с нашим Господом.
Казнь пятая — моровая язва
На следующий день гонцы потребовали Моисея и Аарона во дворец фараона.
— Можете принести жертву своему Богу вместе с женами и детьми, но только в пределах Египта, — сказал Мернепта.
Он выглядел усталым и растерянным.
— Нет, это невозможно. Египтянам отвратительны наши традиции. Если мы на их глазах станем приносить жертвы нашему Богу, они побьют нас камнями. Мы должны уйти в пустыню, — сказал Моисей.
— Если мы не сделаем этого, — подхватил Аарон, — мы будем жестоко наказаны нашим Богом.
— Хорошо. Помолитесь и обо мне. Я отпускаю вас в пустыню, только не уходите слишком далеко.
Обратясь к Господу, Моисей попросил Его удалить мух из Египта.
Утром насекомые исчезли. Однако фараон не сдержал своего слова и опять не отпустил евреев из Египта.
— Иди к фараону, — сказал Господь Моисею, — и скажи ему, что Господь Бог Израиля наложит Свою длань на египетский скот, который в поле, на лошадей, которые запряжены в колесницы, на ослов, навьюченных товарами, на верблюдов, несущих на себе странников, на волов и на овец. И будут на них язвы, от которых те погибнут. Скажи фараону, что скот израильский при этом не пострадает, и никто не умрет. Скажи правителю египетскому, что, если до завтра он не отпустит Мой народ из Египта, сия казнь свершится безотлагательно и неотвратимо!
— Да, конечно, вы можете наслать на скот Египта моровую язву, — сказал Мернепта братьям, когда те передали ему требования Господа. — Я вижу, как силен ваш Бог. Но я не боюсь язв, ибо нашему скоту покровительствуют не какие-нибудь слабосильные божки, а сами Осирис и Исида.
К тому времени вновь отстроенная столица Египта была переполнена изображениями этих богов. Исиду египтяне изображали в головном уборе из рогов небесной коровы и солнечного диска, что означало ее священную связь с небом. Исиду чтили как покровительницу умерших.
Осирис, брат и супруг Исиды, считался обладателем земной власти, а вместе с Исидой он покровительствовал скотоводству.
Однако ни Осирис, ни Исида, ни другие божества не могли помочь египетскому фараону и его народу. Скот египтян вскоре поразила язва.
Тысячи египтян, наставляемые жрецами и тайноведцами, денно и нощно молились своим тьмачисленным божкам: «О Исида, великая Мать, священная корова, ярчайшая богиня материнства и плодородия, бесценная супруга Осириса! Мы молим тебя, обладающую секретами великой магии, исцели наш скот от язв. Мы просим тебя, о великая!
О могущественнейший Осирис! Ты научил людей искусству врачевания, за что мы непрестанно благодарим тебя. Мы возносим тебе свою молитву, о солнцеподобный. Избавь нас от этого проклятья, ты, который умер и опять воскрес.
Божественные супруги, помогите нашему скоту. Вы — наша последняя надежда и надежда единственная. Мы приносим вам богатые жертвы, дети Геба, могущественного бога земли!
Язвы тяготят наш скот, он умирает в муках и не приносит потомства! О величайшие из величайших, мудрейшие из мудрейших и справедливейшие из справедливейших, пребудьте с нами в тяжелый час. Не оставьте нас без своей помощи и откликнитесь на наши молитвы!»
Все животные были покрыты кроваво-гнойными язвами. Больной скот ходил, словно пьяный, животные падали на землю, умирая в муках, издавая жалобные стоны, от которых пробегала дрожь. Немногие выжившие быки и коровы стали непригодны в пищу, ибо их мясо имело горький привкус и отдавало падалью.
Впавшие в отчаяние египтяне пытались задобрить евреев богатыми подношениями, полагая, что напастей можно избежать, добившись благосклонности народа, к которому совсем недавно чувствовали презрение.
Самое страшное, что моровая язва от животных перешла на людей.
А за день до первого заболевания, поразившего египтянина, Господь сказал Моисею и Аарону:
— Возьмите полную горсть сажи из печи, и пусть бросит ее Моисей к небу на глазах у фараона. И сделается пыль по всей земле египетской, и будет на людях и скоте воспаление, соединенное с нарывами.
Казнь шестая — мор скота
— Нет, Моисей. Я не отпущу твой народ. У нас был тяжкий год, и израильтянам придется многое восстанавливать и строить.
Фараон сидел на берегу реки, взирая на братьев со смешанным чувством. Он ненавидел этих бодрых и мудрых старцев, которые говорили с ним так смело и свободно, словно были ровней ему — владыке Египта. В то же время он испытывал непреодолимый страх перед Моисеем, Аароном, а теперь, пожалуй, и всеми евреями, а главное — перед их Невидимым и Непостижимым Богом, Которого они любили и Которого страшились. Ему казалось, что он никогда больше не сможет вернуть в Египет ту обычную, спокойную жизнь, которая была в стране до появления Моисея, когда египтяне проводили время в удовольствиях, молитвах и мирных трудах, а евреи строили для них дома, добывали пищу, рыли каналы.