— Верно, — изображая сомнение, сказал я, — но учить…. Не думаю, что из меня получится хороший учитель.
— Да ладно тебе! — махнул рукой бармен и чуть не задел меня полотенцем. — Не так уж это и сложно: говоришь восхищенной молодежи, опыт свой передаешь, а они покорно записывают. Ну, еще баллы снимаешь и раздаешь. Простота, это тебе не за баром следить.
— Думаешь?
— Конечно. Попытайся хотя бы, с тебя-то не убудет…
Ну, ты меня, Том, «уговорил», попытаюсь.
Хогвартс ничуть не изменился. Наверное, стал только лучше, новее что ли. Все-таки, насколько я помню, пятнадцать лет назад он был сильно разрушен и требовал капитального ремонта.
Появилась, правда, новая достопримечательность — Обелиск, выполненный из белого мрамора. На нем были записаны имена всех героев той войны. Имена выживших были золотыми, погибших — черными. Нашел я среди них и Колина Криви, и Ремуса Люпина. Снейпа, Дамблдора, всех Уизли и так далее. Были даже домовые эльфы!
Полюбовавшись на это архитектурное излишество, я пошел в замок. Краем глаза я приметил и могилу Дамблдора. Но идти к ней сейчас было бы глупо.
В школе меня встретил новый завхоз — Арбетриус Хозвен. Чем-то он напоминал Филча, наверняка еще и сквиб. Только вот кошки у него не было. Вместо нее на плече Хозвена сидел воробей. Это выглядело даже забавно.
— Добрый день, — вежливо поздоровался я.
— Доброго, сэр, — отозвался завхоз. — Директор вас уже ждет. Пройдемте.
Найти кабинет директора я бы смог и сам, на память еще не жалуюсь. Но выглядело бы это подозрительно — человек, впервые попавший в Хогвартс, так хорошо в нем ориентируется.
Когда мы дошли до статуи горгульи, завхоз подозрительно на меня покосился и максимально тихо произнес:
— Лимонные дольки.
А я чуть в голос не рассмеялся. Слышал я школьные байки, что Дамблдор чуть ли не насильно кормит всех своих гостей лимонными дольками, но МакГонагалл-то тут причем? Или она таким оригинальным способом хочет увековечить память о Альбусе? Или любовь к этому маггловскому изделию передается вместе с креслом директора?
Короткий подъем по лестнице — и я вошел в кабинет, где бывал всего-то пару раз. Внутреннее убранство изменилось: при Дамблдоре в кабинете стояла куча различных стеклянных приборов, а теперь количественно преобладали шкафы с книгами и рукописями.
На кресле директора восседала постаревшая Минерва МакГонагалл. И выглядела она еще более строгой, чем я ее запомнил.
— Добро дня, директор, — сказал я.
— Доброго, — кивнула мне бывшая учительница. — Прошу вас, присаживайтесь.
Я не заставил себя ждать и уселся напротив ее.
— Итак, мистер Лисов, вы желаете занять пост преподавателя Защиты от Темных Искусств, — сухим тоном начала директор. — Чем вызвано ваше желание преподавать?
— Вызвано оно желанием приобрести бесценный и, своего рода, уникальный опыт преподавания. Всегда мечтал стать учителем. И, думаю, у меня это получится, ведь у меня неплохая база знаний, как теоретических, так и практических.
— Нам нужен преподаватель лишь на год, — заметила МакГонагалл.
— Да, я знаю, и меня это вполне устраивает. По истечении года я вернусь домой и устроюсь работать учителем в нашу российскую школу.
— Что ж, — кивнула директор, читая какую-то бумагу, — у вас очень хорошее резюме. И, если вас устраивает заработная плата…?
— Вполне, — кивнул я.
— Тогда позвольте вас поздравить — вы приняты, — протянула мне МакГонагалл руку, которую я осторожно пожал. — Наш завхоз, мистер Хозвен, покажет вам ваши апартаменты. Расписание занятий на новый год, а так же список обязательных к изучению тем, вы получите завтра. Если возникнут какие-либо вопросы — смело обращайтесь ко мне или к моему заместителю, профессору Лонгботтому.
Невилл заместитель директора?! Это уже слишком.
— И, профессор Лисов, будьте добры предоставить план учебного года для всех курсов как минимум за неделю до конца августа.
— Конечно, директор, — улыбнулся я, вставая со стула.