Легенды. Предания. Бывальщины: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Так это мне папа рассказывал свой покойный. Я все еще помню.

О домовом и дворовом

Я еще девчонка была, а помню. Как-то в память все позапало.

Лошадка у нас тогда была. Наповадился к нам в стайку кто-то ходить да косичку заплетать. Вот как-то однажды дед пошел в сарай — у лошади опять заплетены косички. Он про себя говорит: «Наверное, домовой». А смотрит: старичок сидит. Он и говорит:

— Сидишь?

А тот сжался, малюхонький такой стал, да так тихонечко прокряхтел. А сам косу-то плетет.

Мать моя частенько тоже поговаривала, мол, уйдет куда-то, вернется — а в избе-то уж все прибрано.

…Маленький, говорит, такой старичок, седенький.

(…) Я взамуж вышла, дал мне отец корову. Скажут, корову привести на двор так надо:

А мы не сказали ничего, дак, знаешь, корова неделю стонала.

Потом к колдуну ездили да потом по всем уголкам наклали, вот в каждый уголок — и чаю, и сахару, и вот:

Вот. Это уж тоже на себе… Топерь-то не верят, топерь нету колдунов.

У меня случай был во время службы. Перевели меня… Я приехал, документы представил, меня устроили. Там на отшибе дом был. Большой. Все комнаты пустые, а одну для солдат отделали малость. Все ушли в клуб, а я устал с дороги, лег спать. Ребята ушли, и я лег спать. Вдруг старик лохматый из-за печки выходит… подходит ко мне и давай душить. Душит! Я уж думаю: «Да неужели такой старый задавит меня?!» Все силы собрал — как его толкну! Он улетел. А там западня, она открыта оказалась — он в нее. И замолк. Опять все тихо.

Я наутро рассказал поварихе, она мне говорит:

— Э-э, солдатик, ты здесь не задержишься. Это тебя домовой невзлюбил.

И точно — вечером меня отправили в другое место. Перевели.

Вот, видишь, пришла и повалилася спать старуха. Вдруг открылося подполье. Из подполья выходит женщина:

— Дайте мне, пожалуйста, тарелок.

— Начто вам тарелки?

— У нас, — говорит, — будет свадьба.

— А какая свадьба?

— В подполье свадьба.

— Тарелок, — говорит, — дам.

Дала старуха — унесли тарелки туда. Потом и пошло там, танцы да гармонь заиграла да пела. Как посмотрит в подполье — а там деревенская (из другой деревни) девка привезена у них там…

Ну, танцевали, да выли, да плясали, да ходили. Потом приносят эти тарелки ей:

— Вот, — говорит, — тебе тарелочки и тебе на колпак материалу — парчи.

Ну, она поразмеряла-поразмеряла материалу — да два колпака будет сшить.

Так старушка рассказывала. Ей говорили: «Да не ври ты, не ври». Так показывала… колпак.

Были у меня сыны на войне. И я пошла узнать, живы ли дети. Была одна женщина, водила, у дворового спрашивала.

Вот пришли во двор, она стала звать: «Черт, выходи! Водяной, выходи. Жировой, выходи!..» Всех сосбирала. А я стою, боюся: думаю, вот, сейчас выйдет — задавит. Долго не выходил. Потом она в другой хлев сходила — он и вышел. Сошел, меня по лицу провел, по губам, потом по плечу. Серед хлева стал и говорит: «Ну, спрашивай! — Прокашлял, как старичок. — Расспрашивай!»