Миг возмездия. Невидимый спаситель. Загадка планеты гандов. Сквозь дремучий ад: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ночью, пожалуй, это побольше, — заметил Кесслер.

— Ну и что? — опять зевая, потянулся Билл. — Пошли.

Каждый взвалил свою ношу и они отправились в обратный путь, настороженно вглядываясь в джунгли и держа наготове оружие. Пламя покинутого догорающего костра скрылось за первым же поворотом. Фини бежал впереди, то и дело недоверчиво принюхиваясь и глухо рыча.

Григора они нашли лежащим на поляне рядом с могилой жены. Судорожно сведенное тело скрючилось вокруг могилы, в левой руке виднелся крепко зажатый наполовину пустой пузырек из походной аптечки, а правая рука покоилась на свежем могильном холмике, будто оберегая его. Лицом он уткнулся в землю у подножия деревянного креста.

Они помолчали. Каждый склонил голову перед этим простым человеком, удивляясь его мужеству и глубокому чувству. Потом достали лопату и, выполняя желание Григора, похоронили рядом с “маленькой Гердой”, к которой он шел сюда сквозь ночь чужой планеты.

Кесслер записал в дневнике: “День тринадцатый. Продвинулись еще миль на сто с небольшим на север, последние два дня продвигаемся быстрее”.

Около ста миль за тринадцать дней. Маловато. Похоже, что эти невысокие джунгли никогда не закончатся.

Кесслер бросил Фини разорванный пакет с пищевым концентратом, другой принялся есть сам.

— Единственная радость — после каждой еды наш груз становится легче, если, конечно, можно считать это радостью.

— Нас окружает множество плодов и растений, всевозможных кореньев, — заметил Молит. — Но я помню золотое правило: не ешь того, о чем доподлинно неизвестно, что это съедобно. Последствия могут быть ужасными. Однако все идет к тому, что рано или поздно нам придется рискнуть.

— Не кушать — умирать медленно, — изрек Малыш Ку. — Кушать что нельзя — умирать быстро.

— Да ты, дружочек, еще о смерти молить будешь, — вступил в пререкания с ним Молит. — На некоторых планетах встречаются плоды с виду сочные, вкусные, а попробуешь — тебя так скорежит, что пятки под мышками застрянут.

— Это имеет свои преимущества, — включился в разговор Сэмми Файнстоун, — покойнику в такой позе могила нужна покороче. Работы почти вдвое меньше. Такую смерть можно считать экономически целесообразной.

— А я предполагал, что от тебя сейчас шутки не услышишь, даже мрачной, — проговорил Молит, внимательно посмотрев на него.

— Почему?

— Да я представил, что ты к этому времени превратишься в комок нервов или отдашь Богу душу.

— А я и в самом деле сплошной комок нервов, — сказал Сэмми. — Силенок хватает только на то, чтобы за жизнь цепляться.

— Молодчина! — похвалил его Молит. — Продолжай в том же духе, глядишь, и выкарабкаешься.

Кесслер недовольно подергал свою отросшую бороду, очень густую и кудрявую, и сказал, обращаясь к Сэмми:

— Не только вам приходится постоянно тащить самого себя за волосы. Любой из нас страдает тем же. — Он потрепал за уши лежащего рядом Фини. — Ну, возможно, за исключением нашего четвероногого друга.

Пес завилял обрубком хвоста, услышав свое имя.

— Просто диву даешься, как он находит эти проклятые ямы–ловушки, наподобие той, в которую свалился Эликс. Пес четырежды предупреждал нас об опасности. Только благодаря ему никто из нас не пошел на корм этой красной образине в панцире.

Кесслер еще почесал верного помощника за ушами, погладил по лохматой спине. И погрузился в невеселое раздумье. Людей в отряде стало вдвое меньше. Оставшиеся в живых мучительно переживали гибель товарищей. Он подумал, что горькие размышления только усугубляют вчерашнее горе, но никак не спасают от предстоящих бед. Чему суждено быть, того не миновать, хочется им этого или нет.

— Пора идти.

И они пошли дальше. Уже третий день их шло четверо, что составляло лишь половину от первоначального количества. Кесслер и Финн шли впереди, Молит замыкал шествие. Оба думали об одном и том же, но по–разному. Мысли Молита были заняты переосмыслением ценностей.

Как замыкающий шествие, он, насколько позволяли повороты тропинки, периодически мог видеть всех сразу. Эта укоротившаяся вдвое живая цепочка напоминала ему постоянно об оставленных в чреве чужой планеты спутниках по всему пути их трагического паломничества.

Билл вспомнил Саймса, деятельного, образованного, достойного всяческого уважения человека. Первокласснейший специалист. Не из-за Саймса ли он так близко принял к сердцу то, что их стало меньше?

Нет.

Ему явно не хватало и черномазого.