“Я оздавайзя”.
А ведь они действительно собирались остаться одни в этих кошмарных джунглях, чтобы вместе ожидать неминуемой смерти.
Да, век живи, век учись…
Прошел четвертый, пятый, шестой, седьмой день. Продвинулись к северу, может, миль на пятьдесят. Точно неизвестно никому. Им казалось, что они бредут уже целый месяц, а то и больше. Оставленная космош–люпка представлялась за пределами этой планеты.
Наступил восьмой день, последний день Саймса, но он еще оставался в милосердном неведении.
Вышли пораньше, чтобы пройти возможно большее расстояние до изнуряющего солнцепека. Опять свернули на другую тропу, поверив компасу. Пройдя довольно приличное расстояние, сделали привал, потому что солнце достигло зенита и жгло беспощадно.
Вдруг Малыш Ку прекратил кушать, вылез из-под дерева, дававшего густую тень всем путешественникам, и, прикрыв маленькой ладошкой глаза, посмотрел сквозь пальцы на невыносимо слепящее небо.
Зашевелился и Фини: сел, навострил уши и жалобно заскулил.
— Ты что-то увидел?! Что-нибудь неладное? — встревожился Саймс, хватаясь за оружие.
— Мало–мало слышно звук, высоко–высоко. — Малыш Ку вернулся в тень и с бесстрастным лицом принялся за оставленную еду. — Вроде вчера или позавчера моя его слышать. Моя не уверена.
— А какой это звук?
— Уйоум–уйоум–уйоум! — так же бесстрастно продемонстрировал Малыш Ку.
— Что–о? А ну-ка еще разок.
— Уйоум–уйоум! — послушно изобразил он.
— А я абсолютно ничего подобного не слышал, — сказал Саймс.
— И я тоже, — поддержал его Кесслер. — Впрочем, слух у него получше нашего будет.
— Слух очень–очень хорошая, — заверил Малыш Ку.
Билл Молит выбрался на солнцепек, посмотрел из-под козырька ладони на сверкающее небо и, разочарованный, вернулся на прежнее место.
— Он очень похоже передает звук летящего геликоптера.
— Действительно.
Теперь уже Саймс пристально стал вглядываться в пронзительное небо.
— Только бы галлюцинации не начались, — заговорил Кесслер. — С какой стати здесь взяться геликоптеру? Мы не посылали сигнала о помощи, и спасательная станция, естественно, его не получала.
— А вдруг Томсон послал сигнал бедствия со “Стар Куина” до того, как его передатчик разбился?
— К сожалению, метеорит отправил его на тот свет моментально.
— Вряд ли это был геликоптер, — отмел все сомнения Саймс и вернулся в спасительную тень.
— Моя слышать звук, — настаивал на своем Малыш Ку. — Уйоум–уйоум.
Все замолчали. Никто не хотел бередить душу призрачной надеждой. Звук не повторился. Каждый занялся своими делом, не прислушиваясь к безмолвному небу.
Билл Молит провел очередной сеанс лечебного массажа, ставший теперь ежедневным ритуалом. Сэмми всегда ассистировал при этом, подавая воду, вазелин и эфир.
Григор неизменно благодарил Билла признательным взглядом. А миссис Михалич всякий раз повторяла:
— Чу-де–зна! Мой большой збазиба!