Держитесь, маги, я иду! (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

После ухода мага Калира принесла завтрак прямо к Насте в спальню ('в обеденной зале к приезду важных господ готовят все, не до вас им там'), а потом проводила 'мисс Наилю' в библиотеку. Первым делом Анастасия проверила, может ли она читать, схватив первую попавшуюся книгу. Бурно порадовавшись, что может, девушка стала искать книги по физической и политической географии этого мира. Этот процесс оказался длительным и сложным, так как в 'батюшкиной' библиотеке книги стояли, как попало: философские трактаты рядом с пособиями по дрессировке охотничьих собак, книги по этикету вперемешку с детскими сказками в картинках, учебники по арифметике с сентиментальными романами и так далее. Вряд ли домочадцы использовали библиотеку по прямому назначению. Через час Настя отчаялась найти в этом хаосе хоть что-то срочно ей необходимое. Приближалось время обеда и знакомства с женихом, а Настя так ничего и не узнала об этом мире.

'Придется больше молчать, чем говорить. Прикинусь смущенной застенчивой невестой. С такой-то внешностью это как дважды два!'

В процессе своих поисков Настя приблизилась вплотную к гардине, что висела на дальней стене. Из-за гардины тянуло сквозничком и слышались мужские голоса.

' А вот и потайная дверь нашлась! Какая-то она условно потайная. Ну, книг тут не нашла, так хоть послушаю, что люди говорят. И совесть меня мучить не будет! Каждый выживает, как может!' - и Настя прильнула ухом к щели в приоткрытой двери.

- А почему я должен гореть желанием спариваться с этой человечкой?!

- Прекрати! И прояви уважение к этой особе - это мать твоего будущего ребенка!

- О, нет, не мать! Матерью она бы стала, если бы вышла замуж за кого-нибудь человеческого парня, родила бы ему детей, заботилась бы о них, читала бы им сказки на ночь, вытирала бы им сопли и слезы и пекла пироги на их дни рождения. А у моего сына матери не будет! Когда достаточно подрастет, чтобы проявить хоть каплю понимания, я, как и все, отвезу его в лаприкорий и укажу, какое именно из обезумевших существ дало ему жизнь!

- У твоего сына будет отец. И он будет понимать (да-да, будет!), что другого варианта у нашей расы все равно быть не могло. И что это великая удача, что человеческие женщины с нами совместимы и способны родить нам сыновей!

- Похоже, человечки со всеми совместимы! - с презрением произнес жених. - Интересно, если у горных троллей начнутся проблемы с рождаемостью, люди и им своих женщин продавать будут?

- Прекрати, сын. Ты не хуже меня все понимаешь. Даже лучше - ведь именно тебя дед прочит в свои преемники, - устало заключил тихий мужской голос.

Настя в ужасе прижималась к двери. 'Если я выйду за него замуж - я стану безумной? Или это произойдет еще раньше - во время завтрашней помолвки? А я-то, дура, и не подумала, как это странно, что на помолвке в обязательном порядке присутствует врач. Мне заморочили голову тем, что он маг, а надо было насторожиться, что он лекарь! Закон равновесия в природе: дали тело - отняли разум? Я сойду с ума? Я сойду с ума! Какая досада!'

Из смежной комнаты послышался шум отодвигаемых стульев, и попаданка метнулась прочь. Настя, что есть сил, бежала к комнате Авара.

- Господин лекарь! Позвольте спросить! - воскликнула задыхающаяся девушка, увидев выходящего из дверей мужчину.

- Конечно, мисс. Пройдемте в гостиную, - сделал широкий приглашающий жест Лютен.

- Нет! Можно поговорить в вашей комнате?

Авар окинул Настю задумчивым взглядом, но кивнул. Они прошли в двери и закрыли их за собой.

-Итак, я вас слушаю.

- Вам ведь уже говорили, что я потеряла память и самых простых вещей не помню... - начала Анастасия.

- Поверьте, в вашем случае это совсем не важно. А может и к лучшему, - вздохнул доктор.

Настя начала паниковать. 'Во что ты опять вляпалась, Орлова? Профукаешь новую жизнь, как старую? Собирай информацию, потом решишь, что делать. Тысячу баксов за инфу!'

- Пожалуйста, я хочу знать, что со мной будет!

- Замуж выйдешь, сына родишь.

- А чем грозит мне это замужество? И почему именно сына, не дочь?

Лекарь-маг Авар Лютен внимательно заглянул в умоляющие, встревоженные голубые глаза, и начал рассказывать.

Смысл его рассказа, как поняла его Настя, заключался в следующем: этот мир, с названием 'Доин, создали боги-близнецы: Донатос и Доната, мужское и женское начало, вечные янь и инь. И заселили они его тварями разными, разумными и неразумными. К разумным расам относились люди, горные и степные тролли. А над всем живым высшей расой были поставлены маги, призванные следить за равновесием в природе, предотвращать различные природные катаклизмы и помогать развиваться своим менее разумным собратьям, то бишь, людям и троллям. И даны были этим магам способности: кому дар управления стихиями, кому дар общения с животными, кому целительский, а кому и дар силой живой растения питать и способствовать их росту и плодоношению. В каждом маге был только один дар: маг-стихийник никак не мог быть еще и создателем амулетов (с даром передачи магической энергии неживым предметам). Но забыли маги о своем призвании, возгордились сверх меры всякой, стали притеснять малые народы. Донатос поддержал магов в желании абсолютно властвовать на планете, а Доната за других разумных заступилась, да напомнила, для чего изначально магов создали. Переругались боги между собой и развязали в этом мире большую войну. И Донатос с магами победил людей да троллей, поддерживаемых сестрой его богиней. Так и остались маги у власти. Но Доната не зря свою манну небесную ела: забрала она у расы магов свое инь изначальное, и перестали у них женщины рождаться. Маги в ответ все храмы богини в мире порушили, один только остался, тот, что здесь, недалеко от столицы, стоит, ибо поздно заметила злодейства их богиня, лишь последний храм силой своей укрыть успела. Теперь имя Донаты в этом мире под негласным запретом, и жриц у нее совсем мало и редко пополняются их ряды. А маги вынуждены стали брать в жены женщин человеческих и стали рождаться у них опять-таки сыновья (проклятье богини - вещь долгоживущая). И все бы было не так плохо, если б не одно 'но'. Организм магов не идентичен человеческому и выделяет вещество, которое самим магам позволяет управлять своими способностями, а при попадании в организм человека действует, как очень сильный наркотик (да, именно наркотик, даже слово такое в их языке имелось, хоть и звучало, конечно, иначе). Когда люди были лишь слугами, то и проблем не было: со слугами гордые маги не целовались, сексом не занимались, из одного стакана не пили. А вот с женами беда вышла. С первого же поцелуя начинали они чувствовать неодолимую тягу к мужу своему, да так, что про все на свете забывали, только о контакте и новой дозе этого интим-наркотика думали. А последствия, как и при регулярном приеме любой наркоты: обеднение и ослабление психики, утрата эмоций, психопатическая деградация личности, при которой все мысли и силы человека подчинены одной цели - найти и употребить наркотик. Через пару лет женщины становились полными, хотя и весьма здоровыми, идиотками. Видно, физическое здоровье эти магические феромоны не задевали, зато по мозгам бедных женщин прокатывались паровым катком: бедные девушки даже навыки простейшего самообслуживания к концу второго года утрачивали, не говоря уже об утери понимания речи. Так что задача жены - успеть родить в первый год, пока у организма еще есть возможность хоть немного реабилитироваться, после чего ее 'милосердно' отправляли в лаприкорий (местная психлечебница для бывших жен), доживать свои дни тихой сумасшедшей. А чтоб люди охотнее отдавали дочерей своих, маги регулярно их запугивали силами своими и очень хорошо платили за каждую 'жену'. Магов было очень мало в сравнении с людьми, и жили они гораздо дольше, так что девушек для рождения наследников требовали не часто, и большинство людей было всем довольно.

Конечно, в изложении мага Лютена, это звучало иначе. Гордые, невинно обиженные маги, выживали как могли, всячески помогали людям и по мере сил заботились о женах. Он минут десять расписывал, как хорошо женщинам живется в психушке, как хорошо там кормят, красиво одевают, ведут реабилитационную работу. И несколько раз подчеркнул, что реабилитация эта и результаты дает: именно из стен лаприкория выходят иногда жрицы Донаты. И еще удивляла его полная убежденность в реальности существования местных богов. Будто сам их видел!

Когда Настя вернулась в свою комнату, глубину ее отчаяния трудно было описать. Бежать? Куда она одна, без денег и друзей, в чужом мире денется? Здесь глухое средневековье, Homo homini lupus est! (человек - человеку волк). Свои же родные найдут, свяжут и отнесут, им уже хорошо золота отсыпали!

В памяти всплывало отцовское 'а ты сама попробуй, тогда и суди'. И шанса избежать этой 'пробы' у нее не было.

- Так вот ты какая, высшая справедливость! 'Мы судим других по поступкам, а хотим, чтобы нас судили по возможностям' (Хорхе Луис Борхес). Что ж, придется совершать поступки. Скоро обед. Надо морально подготовиться к встрече с 'женихом'.

Однако морально подготовиться ей не дали. Окно ее спальни распахнулось, и кто-то кубарем влетел в ее комнату. Этот кто-то оказался молодым симпатичным и глазастым парнем лет семнадцати, ровесником ее нового тела.