Дружество Кольца: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Повисло молчание: высказываться никто не спешил.

— Ну что ж, Фродо, — промолвил наконец Арагорн. — Боюсь, что бремя решения возложено на тебя. Ты Хранитель, назначенный Советом, тебе и выбирать путь. В этом я не помощник, даже подсказать ничего не возьмусь. Я ведь не Гэндальф, хоть и пытался заменить его, как мог. Мне неведомо, каков был его план, да и был ли у него вообще какой-нибудь план. Только сдается мне, даже будь он сейчас с нами, выбор все равно остался бы за тобой. Такова уж твоя судьба.

Фродо отозвался не сразу, а когда заговорил, то произносил каждое слово медленно, словно оно давалось ему с трудом.

— Я знаю, что нельзя терять времени, знаю, что должен выбрать… но не могу. Не могу! Слишком многое от этого зависит. Дайте мне час и оставьте меня одного. Мне нужно подумать.

— Будь по-твоему, Фродо, сын Дрого, — промолвил Арагорн, глядя на хоббита с состраданием. — Час в твоем распоряжении, уединяйся и думай. Только не уходи далеко, чтобы мы могли тебя позвать.

Фродо понурился и несколько мгновений сидел неподвижно. Сэм, не сводивший с хозяина участливого взора, покачал головой и пробормотал под нос:

— Думать тут нечего, все и так ясно как день. Но сейчас, Сэм Гужни, тебе лучше попридержать язык и ни во что не встревать.

Поднявшись на ноги, Фродо побрел прочь. Чтобы не смущать Хранителя, остальные старались даже не смотреть в его сторону, и лишь Боромир провожал хоббита пристальным взглядом, пока тот не скрылся за деревьями у подножия Эмон-Хен. Это не укрылось от Сэма.

Шел Фродо без всякой цели, куда ноги несли, а несли они его, как оказалось, вверх по склону холма. Он случайно наткнулся на остатки древней тропы и, одолев несколько крутых пролетов каменных ступеней, искрошившихся и расколотых корнями деревьев, выбрался на залитый светом утреннего солнца травянистый уступ, посреди которого лежал большой плоский камень. По краям лужайки росли рябины, но с восточной стороны деревьев больше не было: оттуда открывался вид на реку и на Тол-Брандир. Между островом и холмом кружили птицы. В отдалении слышался низкий, могучий рев Рэроса.

Хоббит сел на камень, подперев руками подбородок. Глаза его были обращены к востоку, но едва ли он хоть что-нибудь видел. Перед мысленным взором мелькали картины прошлого: вспоминалось все, что случилось после ухода Бильбо из Хоббитании, вплоть до нынешнего дня. Фродо старался припомнить каждое слово, оброненное Гэндальфом. Старался и припоминал, но время шло, а решение так и не вызревало.

Неожиданно хоббит встрепенулся, почувствовав спиной чей-то пристальный взгляд. Вскочил и, резко обернувшись, увидел приветливо улыбавшегося Боромира.

— Я боялся за тебя, Фродо, — сказал тот, шагнув к хоббиту. — Если Арагорн прав и орки рыщут неподалеку, никому из нас не стоит бродить по лесу в одиночку. А уж тебе тем более, ты ведь для них самая ценная добыча. К тому же, признаюсь, у меня камень на сердце. Может быть, раз уж я тебя нашел, присядем да потолкуем. Все вместе мы ни к чему не придем, будем спорить до скончания века. Вдвоем легче договориться: обсудим все, глядишь, и поймем, что следует делать.

— Спасибо тебе, — вздохнул Фродо. — Спасибо, только никакие разговоры мне не помогут. Я ведь прекрасно знаю, что следует делать, да только боюсь этого. Понимаешь, Боромир, боюсь!

Гондорец промолчал. Грохотал Рэрос, в ветвях деревьев заунывно пел ветер. Фродо поежился.

Боромир сделал еще несколько шагов и уселся на камень рядом с хоббитом.

— А не напрасно ли ты терзаешься? — спросил он. — Может быть, то, что ты принимаешь за робость, на самом деле — рассудительность. Я мог бы дать тебе добрый совет…

— Я догадываюсь, каков будет твой совет, Боромир, — перебил Фродо. — Наверное, он и вправду добрый и мог бы даже показаться мудрым, но мое сердце предостерегает…

— Предостерегает? — воскликнул Боромир. — Против чего?

— Против оттяжек и проволочек. Против выбора пути, который кажется легче. Против отказа от возложенного на меня бремени. И наконец — ты уж не обессудь — против искушения положиться на силу и доблесть людей.

— Вот как! Да разве не эта сила невесть сколько времени оберегала ваш маленький край, хоть вы об этом и не знали?

— Да пойми, Боромир, я ничуть не сомневаюсь в отваге гондорских воинов. Но мир меняется. Сколь бы ни были крепки стены Минас-Тирита, сейчас этого недостаточно. Что будет, если крепость падет?

— Тогда падем и мы, но падем в бою, как подобает воителям! Однако не спеши нас хоронить, есть надежда, что Минас-Тирит окажется Вражине не по зубам.

— Нет! Нет никакой надежды, пока в мире существует Кольцо!

— Кольцо! — вскричал Боромир, и глаза его вспыхнули. — Только и слышу — Кольцо, Кольцо… Ну не странно ли — столько тревог, столько страхов, и все из-за какой-то золотой побрякушки? Маленького колечка — тогда, у Элронда, я его даже толком не рассмотрел. Покажи-ка мне его еще разок, хоть буду знать, что это такое.

Лицо Боромира оставалось добрым и участливым, но Фродо приметил, как горят глаза гондорца, и ему стало не по себе.

— Не стоит, — сказал хоббит. — Лучше его не трогать.

— Будь по-твоему, — тут же согласился Боромир. — Не трогать так не трогать, мне все равно. Но говорить-то о нем, надеюсь, можно? Ты все время думаешь о том, каких бед может натворить Кольцо, попади оно к Саурону, но давай взглянем и с другой стороны. Сам ведь твердишь, что мир меняется. По-твоему выходит, будто раз Кольцо существует, Минас-Тирит обречен. Завладей колечком Враг, так бы оно, наверное, и было. Но Кольцо-то не у него, а у нас. Почему же тогда нет надежды?

— Разве ты не был на Совете? — удивился Фродо. — Потому что мы не можем его использовать; все сделанное с его помощью оборачивается злом.

Боромир вскочил.

— Ты поешь с чужого голоса! — воскликнул он, меряя шагами уступ. — Гэндальф с Элрондом вконец заморочили тебе голову. Хотя, может быть, они и правы — в отношении самих себя. Все эти эльфы, полуэльфы, маги… возможно, Кольцо и впрямь обратило бы их в злодеев. Правда, я все равно сомневаюсь, что ими движет мудрость, а не трусость. Меряют всех по своей мерке, а люди не таковы. Народ Гондора непоколебимо верен своему долгу, нам неведомо вероломство и нас не склонить ко злу ни угрозами, ни посулами, ни каким-то там Кольцом. Не мы ли противостоим Врагу несчетные годы, не мы ли прошли несломленными сквозь все испытания? Нам нужна не власть, не чародейское могущество, а оружие. Оружие для защиты правого дела! И надо ж такому случиться — именно в час нашей величайшей нужды Кольцо Всевластья возвращается из небытия! Это дар судьбы, но кому — нам или нашим недругам из Мордора? Я скажу так: было бы безумием не воспользоваться силой Врага против него самого. Победы добьется лишь тот, кто бесстрашен и тверд. Чего не сделает ради победы истинный воин, подлинно великий вождь? Чего не сделает Арагорн? А если он дрогнет, то почему бы не Боромир? Будь у меня Кольцо, я собрал бы под свои знамена всех, кому неведом страх, — и трепещи, Мордор!