– За какого еще парня? – насторожился Карелла.
– Послушай, милый, – сказала чернокожая проститутка, – а ты не собираешься угостить девушку?
– За Ральфа Корвина, – пояснил Флетчер. – Насколько мне известно, у него возникли какие-то проблемы с адвокатом и...
– Да ладно тебе, не жмись, – не унималась проститутка. – Я просто помираю от жажды.
Карелла повернулся и в упор посмотрел на нее. Их глаза встретились. Взгляд девушки говорил: «Что скажешь, красавчик? Хочешь или нет?» Послание Кареллы можно было истолковать так: «Крошка, ты напрашиваешься на крупные неприятности». Оба не произнесли ни слова, но девушка поспешно встала и пересела за четыре табурета от него поближе к человеку средних лет в расклешенных замшевых брюках и оранжевой рубашке с широкими рукавами.
– Что вы сказали? – переспросил Карелла, обернувшись к Флетчеру.
– Я сказал, что хотел бы чем-нибудь помочь Корвину.
– Помочь?!
– Да. Как вы считаете, Ролли Шабрье посчитав бы странным, если бы я попросил пригласить хорошего адвоката для этого парня?
– М-да, мне кажется, это могло бы показаться ему довольно странным.
– Я чувствую нотку сарказма в вашем голосе.
– Вовсе нет. Я полагаю, что девяносто процентов всех мужей, чьи жены были убиты, вряд ли пойдут в суд и порекомендуют хорошего адвоката для обвиняемого. Должно быть, вы шутите.
– Отнюдь. Послушайте, я знаю: то, что я собираюсь сказать, вряд ли вам понравится...
– Тогда ничего не говорите.
– Нет-нет, я должен это сказать. – Флетчер отхлебнул мартини. – Мне очень жаль этого парня. Мне...
– Привет, незнакомец, – вынырнула из темноты брюнетка. Взгромоздившись на табурет, на котором до этого восседала проститутка, она фамильярно взяла Кареллу под руку и спросила: – Ты без меня скучал?
– Чуть не сдох от тоски. Но сейчас у меня важный разговор с другом и...
– Да Бог с ним, с твоим другом! – махнула рукой девушка. – Меня зовут Элис-Энн, а тебя как?
– Дик Никсон.
– Очень рада познакомиться. Дик. Не хочешь еще разок меня поцеловать?
– Пожалуй, нет.
– Почему?
– Дело в том, что у меня во рту в последнее время какие-то язвы появились – наверное, что-то подхватил от своей подружки. Мне бы не хотелось, чтобы и ты...
Элис-Энн потрясенно уставилась на него и заморгала. Она потянулась к его бокалу, чтобы прополоскать рот, сообразила, что это его заразная выпивка, резко повернулась к соседу Кареллы слева, схватила его бокал и набрала полный рот дезинфицирующего алкоголя.
– Эй, ты чего?! – Возмущению соседа не было предела.
– Остынь, жмот! – резко оборвала его Элис-Энн, слезла с табурета и, метнув на Кареллу испепеляющий взгляд, направилась к группе молодых людей, столпившихся в углу переполненного помещения.
– Вы, конечно, этого не поймете, – продолжал Флетчер, – но я благодарен этому парню. Я чертовски рад, что он ее убил, и мне ненавистна сама мысль о том, что его покарают за то, что я считаю актом милосердия.
– Вот вам мой добрый совет, – сказал Карелла. – Не говорите этого Ролли. Не думаю, что он вас поймет.
– А вы понимаете?
– Не совсем.