— Время? Чуть попозже половины первого. Я был взволнован.
— Да ты понимаешь, что, возможно, последней видела его в живых?
— Ты так думаешь? — Она ужасно заинтересовалась. — Но это ведь ничего не доказывает, да? Он, наверное, пришел со стороны «Северных Дюн». Питер, я ужасно голодна, давай завтракать.
Украдкой мы выскочили из мотеля «Новая Аркадия». Так каждую неделю делают сотни парочек, которые, как только их союзы благословляют боги любви, моментально начинают отрицать и игнорировать суровые узы общества.
В южной части Истхэмптона мы отыскали очаровательную харчевню и наелись там до отвала.
Это было странное утро. Висел густой белый туман, сквозь который пробивались слабые лучи солнца.
— Я люблю такие авантюры экспромтом, — заявила Лиз, поглощая яйца в таком количестве, что я просто обалдел, не понимая, как они вмещаются в такое стройное тело.
— А тебе плохо не будет?
— Я могу их есть, сколько влезет, — спокойно произнесла она. Мне оставалось лишь гадать — шутит она или нет.
— Надеюсь, когда в очередной раз будем в мотеле, ты не забудешь об этом.
— В тебе есть ужасно неприятные пуританские черты, Питер. Меня это очень беспокоит.
— Просто мне хотелось бы, чтобы ты принадлежала только мне. Такова жизнь.
— Да, такова жизнь.
Лиз лучезарно улыбнулась мне над чашкой кофе.
Она была просто сказочным созданием, творением природы, а не человеческим существом. Стихией. Ветром. Небом. Обычные законы морали не для нее.
Я сменил тему. Я не мог спокойно смотреть на нее.
— И сколько еще времени ты собираешься быть здесь? Она вздохнула.
— Завтра я возвращаюсь. Я просила разрешить мне задержаться, но в редакции отказали. Никакой журнал не станет впустую тратить деньги и делать дополнительные выпуски в жаркую погоду. Покупать-то некому.
— Неужели кто-то читает журналы мод? Женщины ведь покупают их только из-за моделей одежды.
— Очень тяжело работать в Нью-Йорке-летом. Я должна была вернуться еще вчера, но мне дали еще один день. А ты когда возвращаешься?
— В пятницу. Я пробуду здесь до Специального суда, на котором буду вынужден выступать в качестве свидетеля. Сразу же после суда я вернусь в Нью-Йорк.
— Потрясающий у нас уикэнд был! — сказала Лиз, перекладывая лед из своего бокала в кофейную чашку. — Не знаю, почему я никогда не прошу приготовить холодный кофе? Горячий-то я терпеть не могу. Питер, ты действительно считаешь, что Брекстон невиновен?
Я кивнул.
— Но если он не убийца, то кто?
— Кое-кто другой.
— О, не глупи! Кто другой мог сделать это?
— Человек, у которого был мотив.
— Наверняка у тебя есть факты, кто это, раз уж ты так уверен, что Брекстон тут ни при чем.
— О да, я прекрасно знаю, кто совершил убийство.
И я действительно знал. По крайней мере, уже не меньше получаса.