Избранное: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Алейкюм селям.

— Скажи-ка, откуда родом будешь?

— Из Акдагмадени-Йозгат.

— А я ищу Теджира Али из-под Сулакчи. Два года тому назад он работал в Эсате, но вот уж около года служит в Каваклы. Не знаешь, случаем, такого?

— Каваклы — большой район. Ты уверен, что он работает на проспекте Кеннеди?

— Совсем даже не уверен. Знаю только, что где-то в Каваклы.

— Ты вот что, иди по правой стороне, пятый дом отсюда называется «Йонджа»[40], его привратник родом из Кырыклы. Может, он знает Теджира Али из Сулакчи.

Спасибо на добром слове. Пошел я по указанному адресу и нашел там Мумина из деревни Кавлак, того же Кырыклынского района, что и наша. Он тоже не знал Теджира Али, но послал меня к Исхану из деревни Кулаксыз, что на полпути к нашей.

Нашел я дом под названием «Айзыт», где тот самый Исхан служил привратником, он выслушал меня и говорит:

— В начале улицы Бюклюм работает некий Али, но Теджир ли его фамилия, не знаю. Он тоже родом из Сулакчи, но мы с ним почти не видимся — дел слишком много, чтоб в гости ходить.

— Как мне дорогу найти?

Он растолковал мне, я легко нашел нужный дом, но Али оказался не тот, кого я искал. И то слава богу, что этот Али знал моего Али.

— Теджир давно здесь не работает. Сейчас он на улице Йешильсеки в районе Чанкая. Ты иди, иди по этой улице, пока не увидишь кафе-кондитерскую, а дальше — колбасную лавку. Следующий дом и есть тот самый, где работает твой земляк. Раньше я сам работал в тех местах, а Теджир здесь. Теперь мы поменялись: я здесь, он там.

Мостовая была забита маршрутными такси, троллейбусами, автобусами, легковыми машинами. Я брел по длинным улицам, из одного конца в другой, поднимался, опускался, ноги уже гудели. Стало темно. До чего ж это тяжко — быть бедняком. До чего тошно чувствовать себя чужим, ненужным. Всякие нехорошие мысли лезли в голову, живот подводило от голода. Примут ли меня по-родственному Али с женой? Если они уже поужинали, то предложат ли мне закусить? Может, купить себе немного хлеба и заправиться? Денег жалко. Их у меня и так не густо. А вдруг я здесь останусь. На что жить буду? Крепись, друг мой Сейдо. Бог поможет. А вот и дом, который я ищу. Мраморные ступеньки ведут к парадному входу. Я нажал кнопку звонка.

Семейство Али было все в сборе, они ели макароны. Али радостно встретил меня, мы обнялись, поцеловались. Гюльджан почтительно поцеловала мне руку. Трое детишек тоже поднялись мне навстречу, поцеловали руку.

— Добро пожаловать, Сейдо-ага, — сказала Гюльджан. — Как поживаешь?

А Али сразу же пригласил к столу.

— Милости просим!

Я внимательно присматривался к ним, особенно к Гюльджан — женщины особенно меняются в городе. Похоже, она осталась такой же скромницей, как была.

— Не обессудь, Сейдо-ага, еда у нас простая, не ждали мы такого дорогого гостя.

— Да преумножит Аллах ваши блага, — сказал я.

Все они смотрели на меня с радостным видом: садись, мол, а то обидимся. Я и сел.

Гюльджан придвинула ко мне поближе наломанный кусками хлеб, а ее муж вытащил из кармана деньги и велел старшему сынишке:

— Ну-ка, Гюрсель, сбегай за хлебом.

Короче, накормили они меня от души, и только после этого Али, отведя меня в уголок и закурив, приступил с расспросами:

— Как там дела в деревне, Сейдо?

— Все хорошо, слава богу.

— Как здоровье отца?

— Хорошо. Привет вам передавал.

— За привет спасибо. А как поживает сестра наша Исмахан?

[40] В Турции, как и во многих других странах, принято давать названия своим домам.