— И чего тебе неймется, джаным? — ворчит дядя. — Было ж тебе сказано: ручная она, далеко не улетит.
— Вот именно, — говорит Яшар, — скоро вернется.
— И не одна, а с целой сотней куропаток.
— И я так говорю.
— Можешь изгаляться сколько угодно, — рассердился я на Кадира. — Но только из-за тебя брат упустил куропатку. Ты подговорил его открыть клетку.
— Ничего я не подговаривал. Он сам захотел.
— Да, Али, я сам отпустил. Ты не волнуйся, она скоро вернется.
— Что ж, подождем — увидим, — говорю я и тоже уселся рядом с ними. Они сидят, травинки жуют, и я сижу. Долго мы ждали. Я уж и времени счет потерял. Не прилетела наша куропатка. Солнце за полдень перевалило. Дураку ясно: улетела она насовсем. Дядя поднялся.
— Проголодался я. Давайте-ка закусим, ребятки.
Достали мы еду из мешка — лук, яйца, вареную картошку, оладьи. Подкрепились, напились воды из речки. А куропатки все нет и нет.
— Что теперь делать будем?
— Давайте снова осмотрим все вокруг, — предложил дядя.
Брат нехотя поднялся. Втроем осмотрели мы все деревья, кусты, булыги. Попробовали приманить куропатку. Пару раз прямо из-под носу у нас вылетали куропатки. Но поди тут разбери, наша ли, лесная ли.
— Да, не видать вашу птичку. Тю-тю…
— Что ж теперь делать?
— Что-то снова пить охота…
— Это ты все подстроил, ты обманул брата!
— А зачем он отпустил? Это ему урюк будет. Пусть думает, прежде чем что-нибудь делать.
— Она, наверное, сама в клетку вернулась, — предположил брат. — Мы тут ходим, ищем, а она сидит и нас ждет.
— Ну-ну, кусай теперь локти, — ворчит Кадир.
Я не на шутку начал сердиться на брата — каков простофиля! Не спеша вернулись мы к тому месту, где оставалась клетка. Увидел Яшар, что она по-прежнему пуста, и только тут до него дошло, что дело нешуточное. Побледнел, в лице переменился. Кинулся туда-сюда, будто куропатка вернулась и затеяла с ним игру в прятки. Смотрю, у него уже и слезы на глазах.
— Не может быть, чтоб она не вернулась.
И в этот миг откуда-то издалека донесся ружейный выстрел. Братишка аж вскинулся:
— Убили! Другие охотники убили ее! Она б давно прилетела, если б жива была.
И опять эхом прокатился дальний выстрел.
— Не плачь, Яшар, — попытался я утешить брата. — Возьми-ка себя в руки. Видишь, что значит слушаться дурных советов. Давай лучше домой вернемся.
— Никуда я отсюда не пойду! Пока не дождусь своей куропатки, с места не двинусь.
— А вдруг ее и впрямь пристрелили другие охотники? Откуда им знать, что она ручная?
Я сунул брату пустую клетку и потащил его за собой по направлению к дому. Он шаг сделает — останавливается. Еще шаг — оглядывается, вслушивается в тишину.
— Убили мою куропаточку, — причитает. — Ох, убили…