— Как?
Ломбард пожал плечами.
— Этого мы не знаем. Но если вы меня спросите, нам грозит только одна опасность, и эта опасность — Блор! Что мы вообще знаем о нем? Меньше, чем ничего! Может быть, вся эта болтовня о прошлой службе в полиции — сплошная чушь! Он может быть кем угодно — сумасшедшим миллионером, помешанным бизнесменом, заключенным, сбежавшим из Бродмура (психбольница тюремного типа для маньяков). Одно определенно. Он мог совершить каждое из этих преступлений.
Вера побледнела и произнесла, затаив дыхание:
— А, предположим, он доберется… до нас?
Ломбард мягко ответил, похлопав себя по карману, где лежал револьвер:
— Я позабочусь, чтобы не добрался. — Потом он с любопытством взглянул на нее. — Как трогательно вы в меня верите, а, Вера? Уверены, что я вас не пристрелю?
Вера ответила:
— Надо же кому-то доверять… По правде говоря, я думаю, вы ошибаетесь насчет Блора. Я по-прежнему считаю, что это Армстронг.
Неожиданно она повернулась к нему:
— Вы не чувствуете… все время… что здесь кто-то есть? Кто-то, кто за нами наблюдает и ждет?
Ломбард медленно ответил:
— Это просто нервы.
Вера пылко спросила:
— Значит, вы тоже почувствовали?
Она поежилась и чуть ближе наклонилась к нему.
— Скажите мне, вы не думаете, — она прервалась и продолжила: — Однажды я читала рассказ о двух судьях, которые пришли в маленький американский городок из Высшего Суда. Они вершили правосудие — Абсолютное Правосудие. Потому что они вообще были не из этого мира…
Ломбард поднял брови и сказал:
— Небесные гости, а? Нет, я не верю в сверхъестественное. Это дело — работа человека.
Низким голосом Вера произнесла:
— Иногда… я не уверена…
Ломбард посмотрел на нее:
— Это совесть… — После краткого молчания он очень спокойно спросил: — Так вы в конце концов утопили этого ребенка, а?
Вера неистово ответила:
— Нет! Нет! Вы не имеете права так говорить!
Он весело рассмеялся.
— О, да, утопила, моя хорошая девочка! Не знаю, почему. Представить себе не могу. Наверное, был замешан мужчина. Так ведь?
Неожиданно Веру охватила апатия, огромная усталость. Она ответила тусклым голосом:
— Да… был мужчина…
Ломбард тихо отозвался: