Ключ (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 8

Глухая комната, с оштукатуренными и выкрашенными в белый цвет стенами и потолком. И девственная чистота. Только железная кровать на которой он собственно и лежит. Поправочка, он не просто лежит, а прикован к ней. Взгляд на наручники. Стандартные, ничего сложного. Можно справиться и одной рукой, только бы иметь спичку, какую-нибудь тонкую веточку или скрепку. Подойдет все. Вот только проблемы это не решит. Помимо наручников. Есть еще и бетонные стены. Именно бетонные, потому что Александр может с точностью до полуметра сказать сколько от него до потока. А значит держат его в том самом здании, устроенном прямо в расщелине над потоком. Далее, наличествует металлическая дверь и наверняка охрана за ней. Более того, под потолком, как-то уж совсем демонстративно, устроилась видеокамера. Она неподвижна, хотя красный диод над объективом горит, значит работает и способна охватить все помещение. Мертвая зона разве только под ней. Но ты поди еще незаметно избавься от наручников и заберись в тот угол. А главное, туда и забираться незачем, потому что дверь находится на противоположной стене, и подобный маневр не даст никакого преимущества Ладно. Похоже у него есть время, чтобы обдумать сложившуюся ситуацию. Итак, что он имеет? Хм. В наличии имеется клинический идиот, посчитавший себя везунчиком. И впрямь везунчик. Это же сколько есть на земле народу, которые подобно Наталье способны помнить все, после впадения в транс? А этот американец, чтоб ему опрокинуться, способен. Мало того, зная о способностях Александра он убедил производивших арест, действовать жестко, как с особо-опасным преступником. Что те и проделали. Сначала электрошокер, потом транквилизатор, и вот пленник приходит в себя на странной базе. Обласкали себя любимого, теперь пора подумать, что им от него надо и как выбраться отсюда. С первым никаких проблем. Им нужен рабочий портал, и продолжение исследований природы портала. И то и другое целиком в руках Александра. Хм. Поправочка. Все это находится в их руках. Они знают о его экстрасенсорных способностях и вполне смогут это компенсировать. Смогут ли они заставить его делать то, что им нужно? Еще как смогут. Нет такого человека, который рано или поздно не сломался. Вот и его сломают, а потом будут пользовать по своему усмотрению. А поток… Поток примет его любого, в этом Александр не сомневался. Тут состояние воли ни при чем. Ясность мышления конечно же нужна. Но она может быть и у вздрагивающего от малейшего шороха существа, еще вчера бывшего Ладыгиным Александром Сергеевичем. А вот в такого превращаться совсем даже не с руки. Потому в этом случае он обречен на жизнь в клетке. Александр же именно этого и не хотел. Иначе зачем бы он затевался с Колонией? Парадокс, от чего бегал, то и получил. Да еще и не на Родине, а где-то у черта на куличках. Но как там говорится в Отсюда вывод — как ни противно, но придется идти на сотрудничество и постараться быть максимально откровенным. Ложь по настоящему хороша и имеет шансы на выживание только в том, случае, если в ней есть толика правды. А еще лучше, если этой правды побольше, тогда обман вообще может прижиться как родной. Главное заручиться хотя бы малой толикой доверия, чтобы иметь возможность осмотреться. Иначе нечего и метать вырваться на свободу. А находиться взаперти ему ой как не нравилось. Да у него уже сейчас возникло к этому стойкое предубеждение. А казалось бы пробыл-то пленником всего-то ничего. Но вот не нравилось ему такое положение и все тут. — Доброе утро, Александр. А это еще что… Ага, вон она коробочка с динамиком, рядом с камерой. В том что Ладыгин ее не заметил раньше, виноваты ее белый цвет, в тон стенам, и его состояние, после воздействия транквилизаторов.

Утро добрым не бывает. Если вы говорите на русском, то должны знать и это,

что же, он не партизан, чтобы отмалчиваться. И потом, решение уже принято. — О-о, у вас присутствует чувство юмора. Это радует. — Ну так может войдете в камеру и мы поговорим нормально, а не через эти железяки. — Хитро. Но я знаете ли не настолько уверен в себе. Мало найдется людей, способных настолько противостоять гипнозу как Билл. — Ваш Билл и не способен ему противостоять. Просто, после выпадения из транса он помнит все, что происходило с ним. Вот и все. Так что, пусть нос свой не больно-то задирает. И еще. Передайте ему, чтобы он держался от меня подальше. Это ему добрый совет. — Вам не кажется, что угрожать в вашем положении несколько неуместно. — Как вас зовут уважаемый? — Фрэнк. — Так вот Фрэнк, я не угрожаю, а только предупреждаю. И еще, скажите мне. Вы имеете, хоть какие-то полномочия? Можете принимать хотя бы маломальские решения? Если да, мы говорим дальше. Если нет, я буду говорить с тем, кто имеет хотя бы какой-то вес.

Я имею полномочия на принятие решений. Разумеется, они ограничены,

поспешил поправиться невидимый собеседник. Впрочем. Александр и не рассчитывал встретить здесь тех, кто может принимать действительно важные решения. Так, исполнители с определенными рамками. Но все же хотелось бы, чтобы эти рамки были бы по шире. Ведь чем они больше, тем у него выше шансы отсюда выбраться. — Отлично. В таком случае вернемся немного назад. Вы что действительно полагаете, что у меня есть шансы загипнотизировать вас и сбежать? Подумайте сами, как отреагирует охрана на ваш приказ отпустить меня, зная о моих способностях. Они ведь уже знают? — Разумеется знают и им запрещен всяческий контакт с вами. — Вот видите. И еще. Когда пойдете ко мне, захватите пожалуйста ключи от наручников. — Х-ха. Мне импонирует ваша самоуверенность. — Ну, вы же заинтересованы в том, чтобы я сотрудничал, а не упорствовал. Но играть в одни ворота не получится. — Иными словами — ты мне, я тебе. — Ничего нового, не находите. Просто так устроен мир.

У нас много вопросов к вам, Александр,

тут же поспешил заверить собеседник. — Что же, тогда у вас должно хватить и пряников. — Л-ладно. Попробуем. Дверь открылась уже через минуту. Что же, примерно так Александр и представлял себе своего собеседника, высокий, уверенный в себе, темноволосый, с аккуратной стрижкой, тщательно выбрит, в строгом, отутюженном темном костюме. Хм. Последняя деталь в данной обстановке смотрелась как-то инородно. Парень явно не местный. Получается прилетел по его, Ладыгина, душу. И это напрягает особенно. Если такая бурная реакция на его появление, то все закручивается очень серьезно. А чем выше степень заинтересованности, тем труднее будет избавиться от этой навязчивой опеки. Господи, ну чем ему не угодило российское ФСБ. Глядишь и вовсе не придали бы этому особого значения. Во всяком случае, в отношении родимого государства такая надежда есть. Чего не скажешь об американском, так как оно заинтересовалось этим проектом еще девять лет назад. И ведь изыскания не прекратились до сих пор. Да, финансирование, как и персонал, серьезно урезали, но не обрубили окончательно. И объект под охраной военных, и свой офицер агентства национальной безопасности имеется. Что с того, что эта база превратилась в место ссылки? Главное, что штатная должность имеется и она не вакантна. Нда-а, повезло бедолаге, проведшему здесь два года. Иные торчат в ссылке, а он сумел отличиться, взяв столь ценный трофей. Александр даже мысленно не собирался приуменьшать роль своей личности. — Я так понимаю Фрэнк? — Вы правильно понимаете, Александр.

Если вы забыли ключи от наручников, можете поворачивать обратно к двери,

Александру приходилось говорить неудобно вывернув голову, так как дверь располагалась сзади.

Они со мной,

Фрэнк даже потряс ключами в воздухе, а потом без тени сомнений, подошел к Александру. Нда. Разминая затекшие кисти, хотя наручники никто и не стягивал туго, Ладыгин заметил, что уже успел забыть, каково это быть скованным браслетами. Вон куда пришлось забраться, чтобы освежить память. Ладно, жизнь продолжается. — С чего начнем? С вопросов или хотите сразу запустить портал? Предупреждаю, я могу открыть его либо раз в сутки на десять минут, либо три раза за сутки, по пять минут. — Нам известно об этой особенности. — Тогда предлагайте. — Давайте сначала убедимся в том, что вы действительно говорите правду. — То есть, начнем с открытия портала. Тогда вам придется меня вывести отсюда. С расстояния в тридцать метров мне его не задействовать.

Вы точно знаете где он находится?

Вскинул брови домиком Фрэнк. — Хм. Из вашего удивления следует два вывода. Либо вы плохо ознакомились с материалами, прежде чем обрабатывать меня… Ого. Не надо так реагировать, я вовсе не собирался обвинять вас в непрофессионализме. Но с другой стороны, кто его знает, кем являются ваши родители или чьим зятем являетесь вы. — Все чего я добился, это только моя заслуга. — Ладно. Тогда другой вариант. Вы настолько плотно опекали этого своего Дэвидсона, что не давали ему шагу ступить. — Второе более соответствует истине. — Тогда ничего удивительного в том, что он не понял многих особенностей. Он ведь постоянно находился в контакте с потоком. — Интересно. Вы тоже называете его потоком. Или это Билл постарался. — Ваш Билл, пусть идет лесом. А потоком я его называю, потому что он похож на поток. — Ясно, значит, просто одинаковые ассоциации. Трудно знаете ли понять то, чего не видишь. Хотя я и читал описания Дэвидсона. — Угу. Это как слепому от рождения, объяснять что такое красный цвет. Ну так что? Если к порталу, то выводите. — Идемте. Американец решительно хлопнул себя по коленям, и поднялся на ноги. Александр последовал его примеру, благо был не голым, а в каком-то костюме на подобии спортивного, только теплом. Несмотря на то, что зимой здесь температура на побережье не опускается ниже четырех градусов по Цельсию, летом она не поднимается выше двенадцати. Эдакий бодрящий климат.

Фрэнк, тапочки маловаты,

сунув ноги в обувку, Александр тут же уведомил своего куратора, а ни кем иным он не мог быть. — Заменим. Потом. Или ты сразу начнешь качать права? — Зачем же сразу. Сначала покажу, что имею на это право, а там уж…

Мне определенно нравится ваш деловой подход,

сверкнул белозубой улыбкой Фрэнк. Интересно, он пользуется какой-то особенной пастой, ведет строго здоровый образ жизни или все дело в своевременном посещении стоматологического кабинета. Уж больно неестественная белизна у его зубов. Но в том, что зубы не искусственные, Александр был уверен. Как и в том, что от транквилизаторов он наверное еще полностью не оправился, раз уж ему подумать больше не о чем. Ага. Мысли у всех умников направлены в строго определенном направлении. Нет, до бетонного саркофага или точнее будет сказать, до огромной шлюзовой камеры, а именно ею и являлось это вытянутое бетонное здание, Турбин не додумался. Впрочем, чего там было уже устраивать, если они с Власовым успели натаскать на себе чертову прорву всякой всячины. Но вот рабочее место для привратника… Кабинет довольно просторный, да еще и поделен на две части. В первой кресло, явно предназначенное для снятия биометрических показателей. Множество приборов вдоль стены, рабочий стол с персональным компьютером. Имеется и герметичное окно с жалюзями, которые сейчас подняты и Александр может воочию наблюдать за потоком. Во второй комнате так же видны ряды каких-то приборов. Александр даже не пытался понять каких именно. — Здравствуйте Александр. А улыбается-то, как будто миллион нашел. И ведь нашел, паразит эдакий. Едва только Ладыгин взглянул на худосочного Билла, как сразу же понял — не гражданский долг он выполнял. Ему вообще плевать на этот самый долг, как по большому счету и на государство. Там, в лесу, когда он его допрашивал, это в глаза не бросилось. А вот в аэропорту и особенно здесь, на его рабочем месте. Словом, он был похож на Турбина не только внешне, но и духовно, если можно так выразиться. Человек одержимый своей работой. С такими лучше не иметь дел. Если же нет другого выхода, то лучше за ними присматривать, потому что они не остановятся ни перед чем. Понадобится послать на убой, чтобы получить нужный результат, да пожалуйста, никаких проблем. Для них существует только цель. Все остальное, только средство и не более.

Фрэнк, он был рядом, когда вы говорили со мной?

Не обращая внимания на приветствие ученого, поинтересовался Александр. — Разумеется. Хрясь. Билла снесло, так словно по нему ударило стенобитное орудие. Ничего удивительного, если учесть что Александр превосходит его по массе в полтора раза, и вообще, Бог силушкой не обидел. Это все равно, что взрослый мужчина от души врежет подростку. Но Ладыгин угрызениями совести по этому поводу не страдал. Даже если бы Билл и не слышал предупреждения, он заслужил это однозначно. Едрит ангидрит!!! Больно-то как!!! Сразу четыре электрода на тонких проводах впились в его тело. Все же, довольно тонкая шерстяная ткань, плохая защита это электрошокера. Когда тело перестало корежить от боли, а красная пелена боли спала с глаз, Александр обнаружил себя лежащим на полу.

Что это было?

Голос Фрэнка звучал как-то особенно громко. Наверное результат только что перенесенной электростимуляции организма.

Я не доктор и не рентген, но если судить по моему опыту, перелом челюсти в двух местах,

приходя в себя и отползая на пятой точке в поисках хоть какой-то опоры, ответил Александр. Спина и правая рука онемели и не желают подчиняться. Вот же волкодавы. Реакция у парней из сопровождения что надо. Пусть расстояние так себе, не больше пяти метров. Александр мог на вскидку назвать несколько случаев, когда с такого расстояния не могли попасть из нормального пистолета. Ого. Так это ему только показалось, что выстрелили оба. Второй держит свой шекер в готовности, но пока не разрядил его. Хм. Стоило ожидать, что сюда будут отправлять в ссылку нерадивых. Именно от таких в первую очередь стараются избавиться начальники. Даже неугодных профессионалов стараются держать при себе, ведь кто-то должен работать. Этих похоже приволок с собой Фрэнк. Уж больно злы в работе. Понятно и почему он решился-таки на близкий контакт с потенциально опасным клиентом. С такой-то охраной, отчего бы и не рискнуть наладить контакт. — Я не о телесных повреждениях, все так же строго глядя на Александра произнес офицер АНБ. — Да ладно. Не бери в голову. Завтра пришлют другого. Кстати, если опять увижу этого кретина, даже в медицинском воротничке, я найду что ему еще сломать. — И это не шутка. Правильно я тебя понимаю. — Абсолютно. Хочешь начать меня ломать, или все же удовлетворишься почти добровольным сотрудничеством. — Скажи, ты делаешь это только потому что не способен полностью взять его под контроль? — Ерунда. Представь себе картину. Ты случайно попадаешь в интересную ситуацию, при этом едва не отдав богу душу. Потом выясняешь, что получил возможность открывать дверь в другой мир. Затем у тебя рождается интересная теория и ты отправляешься выяснить так ли это. И когда хочешь просто уехать, какой-то мудак ломает всю твою жизнь. Ведь вы теперь хрен меня отпустите и вам плевать, что я гражданин другой страны, что я не сделал вашей хваленой Америке ничего дурного… — Вообще-то это закрытая зона. А твои действия подпадают под статью о шпионаже. — Серье-озно? Так может тогда объявите о моей поимке? В свете нового витка напряженных взаимоотношений это будет вам на руку. Ну, хотя бы уведомите российский МИД? Хрена лысого вы сделаете. Вы даже не станете нигде упоминать обо мне. Подозреваю, что я вообще отправлюсь путешествовать куда-нибудь в Ирак или еще какую задницу, где благополучно потеряюсь. — Ну зачем же так мрачно…

Фрэнк, заткнись. Я согласен с вами сотрудничать хотя бы потому что сам знаю, как такая система работает. Выхода у меня нет. Либо я буду добровольным привратником и подопытной свинкой, при этом живя по человечески. Либо я упираюсь рогом и тогда вы выворачиваете меня на изнанку, и я все равно делаю то что вам нужно. И плевать вам на права человека, свободу и тому подобную дребедень,

тело наконец начало слушаться, и Александр поднявшись на ноги, подошел к окну. — Ты хотел посмотреть на портал? Смотри… *** — Наталья Игоревна, вы напрасно упорствуете. Это лишено смысла и уж тем более, когда мы точно знаем о том, что «ключом» являетесь вы. Лебедева в очередной раз посмотрела на мужчину, возрастом за сорок, выполняющего роль переводчика. Нет, она не ошиблась. Этому мужчине не нравится происходящее. Но он вынужден подчиняться обстоятельствам. А они таковы, что на карту поставлен вопрос о выживании нескольких тысяч его соотечественников. Впрочем…

Вы говорите, что для вас это вопрос выживания,

вновь переведя взгляд на хозяина кабинета, некоего Ника Лозена, заговорила она. — Но позвольте с этим не согласиться. К чему было устраивать это нападение и похищение? Вы могли с нами договориться. Неужели вы думаете, что мы бы отказались вам помочь?

Господи, опять все с начала,

не выдержав возмутился Лозен. — Сколько раз я должен повторять, что вы действуете самостоятельно, без поддержки государства, а значит и ваши возможности ограничены в то время как мы…