- Нет, я никогда этого не делал, - сказал я тихо и улыбнулся, увидев, как ее брови сошлись на переносице.
- Ну и, ты можешь мне сказать?
- Предполагаю, что могу.
Она вздохнула, откусила еще кусочек тоста и медленно прожевала. Сглотнув, она обдумала свои следующие слова и сказала:
- Пожалуйста, не мог бы ты поделиться со мной своим именем?
Я засмеялся и она улыбнулась. Мне понравилось, что она была счастлива угодить мне.
- Мое имя Джуд, - ответил я и подождал ее реакции.
- Джуд, - сказала она, покатывая его на языке, - Джуд. Мне нравится. Действительно нравится.
- Из-за Джуда Лоу?
- Кого?
- Ты знаешь, типа актер. Женщины любят его.
- Оооо, ладно, я слышала о нем. Но нет, мне просто нравится имя. Каким-то образом оно тебе подходит. В отличие от Ронни, верно?
Я не смог солгать, мне не нравилось ее имя, но больше это не станет проблемой.
- Оно не подходит тебе.
- Почему нет?
- Оно тупое.
- Может быть, я тупая, - сказала она, ее нижняя челюсть вызывающе выступала.
- В любом случае, это не имеет значения, - сказал я ей. Я посмотрел прямо в ее глаза, не отводя взгляд, пока она не отвернулась.
- Почему нет? - наконец-то спросила она.
- Я буду звать тебя Зверушкой. Так ты будешь известна, начиная с сегодняшнего дня.
Она рассмеялась, насмешливый лай, вернувший меня к реальности. Если убрать нечеткие края моей фантазии, она по-прежнему была реальной человеческой девушкой, которую нужно было сломать и преподать урок, где ее место в моей жизни. К счастью для нее, так случилось, что это место было просто со мной.
- Зверушка? Почему зверушка? Я же не собака.
- Нет, но ты будешь жить здесь, и я буду о тебе заботиться. Мне не нравится твое имя, Ронни или Вероника, так что ты будешь отзываться на Зверушку.
- Так я не имею права голоса в этом вопросе?
- В этом - нет. Тебе нужно довериться мне.
Она замолчала. Я видел, что ей хотелось возразить, спросить почему, потребовать ответа. Она была хорошей девочкой, хоть и уже достаточно сломленной, и все понимала, даже если не могла выразить это словами.
- Так чем мы сегодня займемся?- спросила она, прерывая тягостное молчание и забирая мою пустую тарелку. Она положила обе тарелки в раковину и осмотрелась в поисках моющего средства. Даже я не мог ей в этом помочь; я не знал, где оно. Обычно я просто загружал посудомойку и позволял домработнице справиться со всем остальным.
Она нашла его и включила горячую воду, замочила посуду и начала ее мыть. Я наблюдал; это было настолько сюрреалистично, то, что она стояла здесь, занимаясь чем-то столь причудливым, как мытье посуды. Мое сердце забилось быстрей, когда я представил нашу будущую жизнь.
- Удели внимание своим травмам, - сказал я, наконец, - и нам нужно будет обсудить некоторые правила.
Она поставила тарелки и столовые приборы в сушилку и обернулась ко мне.