Дело не в разбитых мечтах и несбывшихся ожиданиях. И даже не в разочаровании. Я получила ровно то, что хотела. Никто не виноват, что я позволила себе закрыть глаза и прыгнуть в этот омут с головой. Я знала, что Тимур не изменится по щелчку моих пальцев. Не перестанет отпускать ядовитые шуточки в сторону наших общих знакомых, не перестанет общаться с друзьями. Не…
Черт, этих «не» так много. И я… не готова. Не могу. Не знаю. Не… хочу так.
Мы молчали с Тимуром до самого моего дома.
— Если бы не знал, решил бы, что у тебя ПМС, — едкое замечание с горькой усмешкой на краешках губ. А ведь я к ней так быстро привыкла.
— Наверное… Через пару дней, — отвечаю и распахиваю дверцу автомобиля.
До подъезда всего несколько шагов. Тим, как всегда припарковался у самого порога. Ему наплевать, что его автомобиль может кому-то мешать.
— Ты садистка, — упрекает Тимур, догоняя меня у самого лифта.
— Да. Маньяк-убийца. И лучше меня не трогать.
— Даже так? — Тим аккуратно кладет руку на мой живот и притягивает меня к себе.
— Нет… так можно, — шепчу, утыкаясь ему в плечо. Хочется плакать. Но я лишь кусаю губы и отчаянно жмурюсь, словно от моего притворства зависит сейчас целая жизнь. К чему рыдать над тем, что я изменить не в силах?
Уже много позже, забравшись с Тимуром под одеяло, я, наконец, смогла выдохнуть. Почти облегченно. Керимову опять удалось отогнать прочь демонов, отравляющих мои мысли.
— Ты понимаешь, что так нельзя?
— Что, нельзя?
— Зачем ты пошла с ним танцевать?
Я распахнула глаза шире, в темноте вглядываясь в лицо Тимура. Он же почти спал!
— Ты, что, ревнуешь? Ник мой друг!
— Речь не об этом.
— А о чем тогда?
— Зачем ты это сделала сегодня?
Я открыла рот, чтобы вновь начать огрызаться. И только вопрос, черт побери, тот самый единственный, правильный вопрос, заданный Тимом, сбил, наконец, мой настрой. И мне захотелось хоть на секунду опустить все щиты.
— Теперь я не могу просто потанцевать? — спросила хрипло.
— А ты просто танцевала?
Вдох-выдох. Дрожь в кончиках пальцев.
— Может, хватит уже притворяться? Я не слепой, Кси. Не надо больше так делать.
— Как… — мой шепот едва слышен.
— Доказывать, что ты меня стоишь.
Следующее утро, утро после напряженной, почти бессонной ночи, принесло мне нежданное облегчение. Я проснулась с ощущением полнейшего спокойствия и умиротворения в душе.
Пусть ничего еще не было ясно до конца. И между мной и Тимом по-прежнему была все та же пропасть, что и раньше. Но теперь я была уверена на все сто процентов — мы сможем ее преодолеть. Нужно лишь сделать шаг навстречу друг другу.
— Ты уверена, что родители не будут возражать, если я приеду?
— Я уже говорила с мамой. Она хочет тебя увидеть.