Мария с улыбкой посмотрела на сына.
— А тебе лучше заняться уроками. Ты точно никуда сегодня не пойдешь.
— Я и не собирался, — откликнулся парень, забираясь в холодильник и вытаскивая упаковку сока. — А вы чего такие грустные?
— Тебе какое дело? — недовольно поинтересовался Тимур.
— Леш, не обращай внимания на него, — попросила Мария. — Я предлагаю ребятам прогуляться. Пусть Тимур познакомит Ксению с нашим соседом. У Мити, я слышала, большая компания отдыхает. Вы же с ним постоянно общаетесь, ничего страшного, если вы присоединитесь ненадолго к ним.
Улыбка на Лешкином лице поблекла.
— Не думаю, что это хорошая идея, — пробормотал парень. — Вот так, без спроса, тащить нового человека в гости, как минимум, невежливо. Если бы Михайлов сам приглашал. А так…
— Леш, вы с Митей друзья. Почему бы тебе ему не позвонить и просто не спросить? Тим бы тоже мог это сделать, между прочим.
— Мам, ну что ты начинаешь. Мы сами разберемся, — попытался прекратить этот идиотский разговор Тимур.
— Знаю я, как вы разбираетесь, — недовольно отозвалась Керимова. — Ксения у нас в гостях уже третий день. Готова поспорить, что ты и вчера весь день не выходила из дома? — Мария строго взглянула на меня, заставив покраснеть. — Я так и думала. Тимур, у нас тут не тюрьма. Почему Ксения должна все время сидеть в четырех стенах, тем более, когда на улице такая погода и такая замечательная природа вокруг? Почему ты еще не показал ей окрестности?
— А у него времени не было, — вдруг невинным голоском заявил Лешка, — к нам в гости вчера его Буренка приезжала.
Тимур сверкнул глазами на своего брата, но вслух не сказал ни слова. Все разборки только наедине? Не будем травмировать хрупкую материнскую психику, да, Тим?
— Замечательно, — протянула Керимова. — Значит, Тимочка, ты вчера весь день развлекал свою подругу? Что ж, тогда сегодня ты мог бы некоторое время уделить Ксении.
Тимур стиснул зубы и с трудом выдавил из себя.
— Конечно.
Я же стояла мрачная, как грозовая туча. Я всегда знала, что Керимов меня не выносит, не переваривает, просто терпеть не может! Но что мне делать теперь, когда его собственная мать играет в радушную хозяйку, которая заботится о развлечении моей персоны? И какой ценой? Заставляя сына, который меня ненавидит, проводить время вместе со мной?
Блестящая идея. И зачем ей все это нужно, мне интересно?
— Мария, я не думаю… — я сделала отчаянную попытку отвертеться от Тимура и необходимости куда либо с ним идти.
Но Мария мой отказ восприняла, как желание «уйти в себя», и, конечно же, ничего не захотела слышать. Тимур в любом случае согласился. И мое сопротивление больше не принималось всерьез.
Мы с Тимуром молча, будто приговоренные к смерти, в мрачном напряжении дошли до ограды. И почти возле въездных ворот нас догнал Лешка.
Тимур, увидев брата, остановился и, сложив на груди руки, недовольно бросил:
— Кто тебя за язык тянул? Зачем ты сказал ей, что ко мне приезжала Осинская?
Лешка усмехнулся и пожал плечами.
— Я сказал правду. Что такого?
— Может, мне тоже что-нибудь про тебя рассказать?
— Что? — усмехнулся Лешка. — Ты про меня ничего не знаешь. Так, догадки только. Никаких фактов. Что бы ты ни сказал, мать тебе не поверит. Я всегда могу заявить, что ты злишься и пытаешься мне отомстить.
Тимур покачал головой.
— Мы с тобой, вроде, не играем в войну. Так какого черта ты начинаешь? Ты мне, что, предлагаешь за тобой слежку устроить, чтобы доказать матери, что ее Ангел небесный совсем не такой белый, как ей кажется?
— Хочешь, устраивай, Тим. Все равно ничего не получится. А мать верит мне, потому что все свои дела я делаю так, чтобы ее не расстраивать. И она всегда мной довольна.
— Слушай, ты сейчас договоришься! — угрожающе надвинулся на Лешку Тим.