Город и столп: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— О нем я позаботился. Надень свой плащ! Быстро! Сегодня ночью мы уезжаем в Кале.

— Стоп! — завопил Сай.

Помещение вновь наполнилось шумом.

— Все еще раз! Шоу, не забудь держать левое плечо пониже, когда входишь в кадр. Дорогая, постарайся не забыть, что ты должна изобразить удивление, когда его увидишь, ведь ты думаешь, что твой муж упрятал его за решетку. Еще раз!

За несколько часов они бессчетное число раз повторили эту сцену на глазах Джима. К концу дня он потерял всякий интерес к актерской профессии.

Наступил декабрь, а Джим все никак не мог поверить, что на дворе зима. Солнце грело по-прежнему, а деревья оставались зелеными. Он мог каждый день играть в теннис. Постепенно он начал зарабатывать неплохие деньги и приобрел репутацию хорошего тренера.

Однажды пришел фотограф снять дом Рональда Шоу для журнала. Он сделал также несколько снимков Джима. Они были опубликованы в журнале, и в результате Джим получил много предложений давать уроки, которые он охотно принимал. Предложения другого рода он решительно отверг.

Хотя Шоу и не возражал, что Джим зарабатывает деньги, ему не нравилось, когда тот отлучался из дома. Однажды, когда Джим пришел домой только после обеда, Шоу обвинил его в неблагодарности и легкомыслии. Они накричали друг на друга, и Джим в конце концов удалился к себе в комнату. Он не позволит обращаться с собой как с собственностью.

Но все стало еще хуже, когда, спустя какое-то время, Шоу явился к нему, чтобы извиниться, а заодно и заняться любовью, чтобы сказать Джиму, как велика его любовь и как велико его отчаяние. Ведь он знает, что питать надежды на ответное чувство такой силы бесполезно. Джим в это время думал о том, что Шоу, возможно, переоценивает размеры своей любви. Голова Шоу покоилась на руке Джима, который тихо лежал в темноте, размышляя, стоит ли ему в конце концов сказать о том, что он хочет быть свободным, ходить, куда ему нравится, встречаться с теми людьми, которые ему приятны, ничего не объясняя любовнику, который и не влюблен вовсе.

Но Шоу разгадал его настроение:

— Извини, что я тебя ревную, Джимми, — сказал он. — Но мне невыносима мысль о том, что ты встречаешься с кем-то другим. Ты мне очень нужен, когда я устаю и хочу отдохнуть от всей этой толпы прихлебателей. Ты не такой, как другие. Правда. Бог ты мой, мне так хочется сбежать от всего этого, оставить этот город лжецов, обосноваться где-нибудь вдали от этого шума, может быть, купить ферму, тогда к нам могла бы приехать мама. Конечно, нам бы пришлось скрывать от нее наши отношения, но мы бы справились с этим. Как бы мне этого хотелось! А тебе?

Джим неловко шевельнулся в темноте. Его рука под головой Шоу начала неметь, и он разжимал и сжимал кулак, пытаясь восстановить кровообращение.

— Не знаю, Ронни. Я не знаю, хочется ли мне уже осесть где-нибудь.

— Ооох! — горько и театрально вздохнул Шоу. — Тебе совершенно наплевать на меня, да? Все как всегда, одни снизу, другие сверху. Шлюхи всех стран, объединяйтесь! Благодаря мне ты теперь можешь зарабатывать себе на жизнь этими уроками, если только это действительно уроки. Итак, я для тебя ничего не значу.

Шоу подвинулся на другую сторону кровати, и Джим с облегчением почувствовал, как в онемевшей руке восстанавливается кровообращение.

— Это неправда, Ронни. Ты мне очень нравишься, но у меня, к сожалению, мало опыта в таких вещах. Я в этом все еще новичок, — Джим никогда не рассказывал Шоу про Боба. — И я думаю, что ты несправедлив. Не можешь же ты требовать от меня, чтобы я всю жизнь посвятил тебе, когда я знаю, что завтра ты можешь встретить другого парня, которого полюбишь больше меня, и что тогда будет со мной?

— А что ты будешь делать, если уйдешь от меня? — голос Шоу прозвучал довольно сухо.

— Я бы хотел открыть свою собственную теннисную школу. На это я и откладываю деньги.

Джим понял, что сказал лишнее. Он не хотел, чтобы Шоу знал, что он копит деньги и уже собрал три тысячи долларов.

— Ты что, собираешься уйти от меня? — жалобно спросил Шоу.

— Не раньше, чем ты сам этого захочешь, — просто ответил Джим, сумев загладить свой промах.

Рождественским утром, сразу после завтрака, Шоу позвонил своей матери в Балтимор и разговаривал с ней полчаса, невзирая на дороговизну переговоров. Затем он раздавал подарки перед елкой, в роли которой выступала пальма. Джим получил дорогую австралийскую ракетку.

После этого в час дня начался обед, самое важное мероприятие дня.

Шоу пригласил к обеду дюжину гостей: старых друзей, бессемейных мужчин, которым некуда было идти на Рождество. Джим всех их знал, за исключением одного — молодого человека с копной песочного цвета волос, который оживленно беседовал с Саем.

За окном Джим увидел пальму. Нет, это не настоящее Рождество, подумал он, здороваясь с Саем, который выглядел как персидский визирь из одной его собственной картины.

Сай, будучи уже изрядно навеселе, представил Джима человеку с песочными волосами:

— Джим Уиллард, это великий Пол Салливан.

Джим пожал протянутую руку, гадая, чем он такой уж великий. Потом он извинился и отправился помогать Шоу подавать эгног, напиток из взбитых яиц с сахаром и ромом или вином.

Шоу разрумянился, он был в приподнятом настроении:

— Все очень мило, правда, Джим?