Он берет шлем, надевает его на меня, застегивает ремешок, целует меня в нос и заводит мотоцикл.
Я прижимаюсь к его спине, мои ноги трутся об его. Обхватываю руками его талию и прячу нос в мокрый капюшон толстовки, торчащей из-под его куртки.
— Вроде все неплохо, — перекрикиваю я двигатель.
— Держись, — смеется он.
Мы выезжаем со стоянки.
— Помедленнее. Там дети.
Он слушается, улавливая мои слова. Ему даже удается касаться моей руки и при этом не терять контроль над мотоциклом.
Я лежу всю дорогу щекой на его лопатке, думая о нем, обо мне и о детях.
— Здесь налево. Тут направо. Отлично. Можешь прибавить, здесь открытый участок.
Он давит на газ, и мы летим. Я вижу предупреждение. Огромная авария. Куча адреналина. Он думает, что сможет ездить на этой штуке всю зиму? Может мне нужна тачка получше? Бедная Джанет. Интересно, за сколько я могу её продать?
Когда мы добираемся до дома, я не хочу слезать с байка, не хочу его отпускать. Он поворачивается и целует меня. Шлемы ударяются друг о друга.
Он настоящий. Я не придумала его. Он не призрак. Не фантом. На этом исчезающем виде парня я учусь любить. Он отстегивает ремень с моего шлема и тянет его вверх. Свой он тоже снимает. Он опускает подставку мотоцикла. Наверное. Точно не знаю. Я теряюсь в его руках, поправляющих мои волосы. Его дыхание у моего виска. Его рот снова тянется к моему.
Я отстраняюсь на секунду.
— Мне нужно, чтобы ты пообещал мне кое-что.
— Все, что угодно, если ты снова меня поцелуешь.
— Ты не будешь ездить на этом в снег.
Его улыбка говорит сама за себя.
— Да ладно, Бет. В этом все веселье.
Глава 20. Мой парень
Мы целуемся под проливным дождем позади мотоцикла Дерека, пока моя мама не заезжает на подъездную дорожку.
Дерек с ней так мил.
— Здравствуйте, миссис Эванс, я Дерек.
Он пожимает руку, выгружает сумки из багажника и помогает ей их распаковывать, когда я переодеваюсь и сушу волосы. Я нашла старые джинсы и сухую толстовку для Дерека.
— Бет, милая, — зовет мама. — Захвати подушку из своего шкафа, какую-нибудь простынь и одеяло, когда будешь спускаться. Я постелю Дереку в комнате для гостей. Не хочу, чтобы он ехал сегодня вечером в такую даль, да еще и при такой погоде.
Хочется спуститься вниз и сказать ей, чтобы не волновалась, Дерек может спать в моей комнате, но она меня знает. Знает, что моя комната похожа на свалку, знает, насколько ужасен старый диван. Черт, а я её знаю? Как она может так хитрить?
Если бы Дерек не сподвигал меня на то, чтобы быть хорошей девушкой, я бы приняла её вызов. Может быть, даже комнату убрала. Когда он приедет в следующий раз, я именно так и поступлю. Просто, чтобы уделать её. Просто… Не знаю. Но сейчас лучше не ходить туда. Я все еще пою: « Твои губы на моих дают обещание, которое я не смогу выполнить.»
Он готовит ужин с моей мамой, пока я делаю домашку.
Прежде я не могла заставить её готовить.
У мамы есть работа. Она оставляет нас с Дереком наедине с грязной посудой. Я убираю со стола, Дерек закладывает посуду в посудомойку.
— Ты произвел хорошее впечатление.