— Я подошла к нему, и он не обернулся, и я ничего ему не сказала.
— Что вы сделали?
— Я ударила его топором.
— Куда?
— По голове и по шее.
— Сколько раз?
— Не помню точно. Я все била его.
— А потом что?
— Он упал со стула, а я выронила топор и пошла к мистеру Аланосу, он наш сосед, сказала ему, что ударила мужа топором. Он мне не поверил. Он зашел к нам, а потом вызвал полицию, и пришел офицер.
— Вы знаете, что вашего мужа отвезли в больницу?
— Да.
— Вы знаете что-нибудь о его состоянии?
— Мне сказали, что он умер, — ответила она очень тихо. Она опустила голову и больше не смотрела на присутствующих. Руки сжались в кулаки у пояса. Глаза были мертвые.
— Следующее дело, — проговорил начальник детективов.
— Она убила его, — прошептал Буш. От волнения его голос звучал странно. Карелла кивнул.
— Маджеста, номер один, — сказал начальник детективов. — Бронкин, Дэвид, 27 лет. Имеется заявление, что он разбил прошлым вечером в 10 часов 24 минуты уличный фонарь на углу Уивер и 69-й Северной улицы. Электрическая компания тут же поставила полицию в известность, а потом сообщили о том, что разбит другой фонарь недалеко от первого, затем поступило сообщение о стрельбе из пистолета. Полисмен арестовал Бронкина на углу Диксен и 69-й Северной. Бронкин был пьян и шел по улице, стреляя по фонарям. Как все было, Дэйв?
— Я Дэйв только для друзей, — сказал Бронкин.
— Так как же?
— Чего вы от меня хотите? Я перебрал и разбил пару фонарей. Я заплачу за эти чертовы фонари.
— Что вы делали с пистолетом?
— Вы знаете, что я делал. Стрелял по фонарям.
— Вы собирались именно стрелять по фонарям?
— Ага. Слушайте, я не обязан ничего вам говорить. Мне нужен адвокат.
— Вам придется еще много беседовать с адвокатом.
— Не буду отвечать ни на какие вопросы, пока не будет адвоката.
— Какие вопросы? Мы пытаемся понять, что заставило вас сделать такую глупость: бродить и стрелять по фонарям.
— Я выпил. Какого черта, вы что, никогда не были пьяны?
— Когда я пьян, я не стреляю по фонарям, — сказал начальник.
— Ну а я стреляю.
— Теперь насчет пистолета.