— В общем, на первый взгляд все как обычно — я ведь уже хорошо изучила распорядок ее жизни. Из нового и необъяснимого…
— Необъяснимого?
— Я хочу сказать: непонятного для меня.
— А-а…
— Только одно…
— Что именно?
— Наша девушка навещает, и довольно часто, некую квартирку в Лялином переулке.
Даже если бы певица Даша отправилась на Северный полюс, она все равно оставалась бы теперь в поле зрения Стэплтон. Выражение «язык до Киева доведет» приобрело теперь совершенно иной смысл. Подумаешь, язык. Владелец студии пирсинга Стас Козловски по просьбе Стэплтон устанавливал снабженные радиодатчиками колечки и на более интимные части тела. Мода на пирсинг стала поистине манной небесной для секретных агентов всех мастей.
— Что за квартирка, Стэплтон?
— Съемная, надо полагать. Хозяева там не живут. Никто, кроме нашей Даши, из квартирки не выходит и в нее не входит.
— Интересно… — пробормотал Дамиан, выслушав ответ своей помощницы. — И надолго она там задерживается?
— Да практически не вылезает. Все свободное от трудов время там проводит.
— Очень интересно! — снова повторил детектив.
— Может, у нее роман?
— С кем?
Арина пожала плечами:
— Попробую выяснить…
— Что еще нового в наших делах?
— Готова фонографическая экспертиза пленки с голосом похитителя, полученной нами от службы безопасности Захарова.
— Уже готова?
— Да. Сравнительный анализ голосов — того, что назначил встречу Карсавину, и голоса, требовавшего от Сковородина выкуп за его дочь, — завершен, шеф.
— И что же?
— Это один и тот же голос.
Филонов с довольным видом откинулся на спинку кресла.
— Что-то в таком роде я и предполагал, — произнес он.
— Ваши предположения подтвердились.
— Но ведь получается просто фантастический расклад, Стэплтон! Что же вы молчали?
— Вы не спрашивали, — Арина с крайне заинтересованным видом разглядывала, как впитывается вода в горшке с пахиподиумом.
— Ну, что я говорил?! Ведь не напрасно мы решили подождать! А, Стэплтон?
— Не напрасно, — согласилась помощница детектива.