Я в ужасе смотрел на руку — когда-то она принадлежала живому человеку! — свисающую изо рта мертвеца.
Они нас поймают, понял я.
А потом съедят.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Должен же быть другой способ выбраться, в отчаянии думал я. И, оглядевшись вокруг, внезапно нашел его.
— Балконы! — крикнул я. — Вперед!
Я схватил Карен за руку и тащил за собой, пока мы не обнаружили лестницу, ведущую на балкон. Мы полезли наверх.
Заднюю стену скрывали черные бархатные шторы.
Только шторы — и никаких дверей.
Позади стонали и завывали зомби.
Я повернулся и посмотрел вниз. Я увидел, что они пробираются к лестнице. Затем они исчезли из виду.
Прошло две секунды. А потом я услышал их шаги. Тяжелые. Грохочущие. Они поднимались.
Карен дернула меня за рукав:
— Кинобудка!
Мы поспешили вдоль стены к маленькой застекленной будке. Я ухватился за дверную ручку и резко повернул ее.
Ручка отломилась.
Я слышал, как поднимаются зомби. Как они приближаются. Как они стонут от нетерпения — они жаждали человечины!
Я протаранил дверь плечом. Она загремела и затряслась, но не открылась.
Карен завопила. Я отлетел назад и повалился на пол. Она вновь завопила и показала пальцем.
Зомби стоял на вершине лестницы. Его губы растянулись. Когда его зубы обнажились в усмешке, я увидел обметавшую их черную плесень.
Остальные зомби столпились позади него. Они жадно смотрели на нас, ворча и принюхиваясь.
А потом дружно заковыляли к нам.
— О Боже, о боже! — Мои ноги превратились в жидкий кисель. Все тело тряслось. — Некуда податься! Нас загнали в угол!
— Попались… — прошептала Карен. — Мы попались…
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Зомби неумолимо приближались. Они раскачивались, не сводя с нас голодных глаз. Их тошнотворное зловоние окружало нас со всех сторон. Они ворчали и стонали, глубокими, горловыми стонами, какие могут издавать лишь ожившие мертвецы.
Паника сдавила мне горло. Руки непроизвольно сжались в кулаки. Я посмотрел вниз и увидел, что все еще сжимаю дверную ручку.
Сам не знаю, откуда во мне взялась такая отвага. Я действовал бездумно. Все вышло как бы само собой.
Как только мертвец с покрытыми плесенью зубами приблизился, я изо всех сил размахнулся и швырнул дверную ручку ему в лицо.
Ручка врезалась в него с тошнотворным чмоканьем и содрала кусок зеленой кожи.