— Я не знаю! — ответил я, когда мы спрыгнули со сцены. — Но она вышла. И преследует нас!
Зомби снова застонал.
— По-крайней мере, они медлительны, — сказала Карен. — Мы легко его обгоним и выскочим отсюда!
— Выскочим, значит? Дверь же заперта!
Карен уставилась на меня. Я впервые видел ее по-настоящему напуганной.
Я… я… я и забыла!
Я повернулся, услышав еще один стон. Экран затрясся и затрещал, разрываясь. Я в ужасе вытаращился на длинную щель посреди экрана. Зомби раздирал его пополам!
Когда его лицо возникло в дыре и вгляделось в темноту в поисках нас, мы с Карен завизжали.
— Нельзя просто так стоять! — закричал я. — Надо снова попробовать открыть дверь. Пошли! — Мы бросились вверх по проходу.
И остановились, в ужасе завопив.
Еще один зомби поджидал нас наверху.
То был зомби с зияющей дырой на месте носа.
Третий подбирался к нам через ряды сидений справа, цепляясь за мягкие спинки почерневшими ногтями.
— Нет. Нет. — Карен задыхалась.
— Фильм! — воскликнул я. — Все трое сбежали из фильма!
Карен схватила меня за руку.
— Пересчитай еще раз, Майк, — прошептала она.
Я обернулся, чтобы увидеть четвертого зомби, с налитыми кровью глазами, пробиравшегося через ряды сидений слева. Из его зубов свисала человеческая рука.
Громкие, голодные стоны эхом разнеслись сзади. Мы обернулись и ахнули.
Одноглазый зомби замер на сцене.
Но он был уже не один.
К нему присоединились еще как минимум десять зомби.
Еще десять голодных зомби, подумал я; от ужаса мысли путались. Зомби нужна человеческая плоть, чтобы оставаться живыми.
Наша плоть!
Мы бросились к первой из дверей и протаранили ее плечами.
По-прежнему заперто.
Мы взлетели вверх по проходу к задней двери.
Она тоже не открылась.
— Уннф! Уннннннф! — Зомби спрыгивали со сцены. Они шли за нами, шатаясь, поскальзываясь, стеная.
Неважно, медлительны они или нет, понял я. Нам не спастись. Мы можем носиться по залу часами, но, в конце концов, они до нас доберутся.