— Я?! — возмутилась Эмма.
— Да, это ведь твой велосипед.
— Но я не умею. Это ваша работа. Не моя.
— Я научу тебя.
— А можно я заплачу и вы мне его почините?
— Нельзя.
— Тогда я его куплю, и мне его починят в другой мастерской, — заупрямилась рыжая.
— Я тебе его не продам.
— Тогда продайте мне только рукоятки.
— Разговор окончен.
Этот механик ее переупрямил. Впервые в жизни ей отказывались продать то, что она хотела. Странное и неприятное чувство. Как дырка в животе. От голода. Нет, сильнее. Ей нужны эти рукоятки. Точка.
— Но я могу хотя бы его опробовать? — сказала она, скорее для того, чтобы дать понять, что она тоже может ставить свои условия в переговорах.
— Можешь, — согласился Гвидо, — только осторожнее с тормозами. Не разгоняйся.
— О’кей! — обрадовалась Эмма. — Лючия, пойдешь со мной?
— Не возражаешь, если я тоже пойду? — тут же влез Шагалыч.
Эмма возражала, и еще как. Но маленькая Лючия сделала такие большие умоляющие глаза, что ей пришлось согласиться.
— Конечно не возражаю.
— Тогда я тоже пойду, — присоединился Гвидо, — буду следить — вдруг на дороге появится машина.
— Полный сбор? — пошутила Эмма.
— Не хватает только Ансельмо, он, похоже, застрял в ванной, — прокомментировал Шагалыч.
Грета почувствовала, как кровь стремительно потекла по венам вниз и ушла в пол. Ансельмо почувствовал, как кровь прилила к голове и как сильно хочется ему задушить своего друга-художника.
— Мне просто не терпится прокатиться на моем голландце! — кокетливо воскликнула Эмма, чтобы отвлечь внимание от Ансельмо. — Идем?
Они всей гурьбой вышли на улицу, оставив Грету одну в большом залитом солнцем салоне веломастерской. Музыка безучастно продолжала свой сложный танец, когда в глубине коридора заскрипела, открываясь, дверь в ванную.
— Грета.
Ансельмо позвал ее по имени, глядя ей прямо в глаза, и она, сама того не замечая, улыбнулась.
— У меня для тебя сюрприз, — сказала Грета.
— У меня тоже, — сказал Ансельмо.
Неожиданно. И здорово, подумала она. Может, он ей привез подарок из Милана? Грета подошла ближе, в один миг забыв о наставлениях Эммы, о бессонной ночи и обо всем, что он скрывал от нее. Потом открыла рюкзак, достала дневник и протянула его Ансельмо обеими руками, глядя в его синие глаза:
— Вот, я его нашла.
Она увидела в синих глазах нежный блеск.