— Какая разница. Накрой на стол, а я пока в душ схожу.
Я молча кивнула и отправилась на кухню. Разогрела суп с фрикадельками, поставила пирог с мясом в микроволновую печь и услышала, вернее, почувствовала запах геля для душа Андрея, и поняла, что он стоит сзади.
— Садись!
Андрей тихо подошел ко мне со спины, и я почувствовала его дыхание у себя над ухом, от которого по моему телу пробежала мелкая дрожь. Прозвучал сигнал, оповещающий о том, что пирог разогрелся, и я дрожащим пальцем начала нажимать на сенсорную панель, но у меня ничего не выходило. Черт! Андрей, наверно, смотрит на меня и смеется. Сколько можно уже испытывать волнение в его присутствии.
Он протянул руку вперед, прижимаясь ко мне плотнее, и нажал на злосчастную кнопку. Я тяжело вздохнула и опустила голову, пытаясь совладать со своими эмоциями. Андрей поднял палец и прошелся им по всей длине моей руки, отчего мелкие мурашки начали танцевать танго на коже. Я прикрыла глаза и втянула в себя воздух, а его рука добралась уже до моего живота, прошлась по линии пояса джинс и, поднимая футболку, тронула нежную кожу под пупком.
— Моя женщина! — прозвучало, как приговор! Но я рада была такому факту, именно этого ведь я и добивалась. Он просунул руку в мои джинсы, даже не расстегнув их, и пальцами пробрался в трусики. — Расстегни!
Я дрожащими пальцами расстегнула джинсы и попыталась повернуться к нему лицом, так как хотела смотреть в его глаза, когда он будет меня ласкать, но он остановил мои попытки, просто припечатав к столешнице. Я начала тяжело дышать. Боже! Я возбуждалась от его грубости, мне нравилось подчиняться ему. И даже сейчас: ни грамма нежности, но я уже вся полыхала огнем похоти и желания. И судя по его вздоху, он пальцами это все почувствовал. Дальше все происходило настолько быстро, что я даже не успевала мысленно переключаться на движения Андрея. Вот он довольно быстро стянул с меня джинсы, упало полотенце, в которое он был обернут, и резким движением вошел в меня, уже влажную и готовую его принять. Одной рукой он прижимал меня к столешнице, а другой водил по спине, вызывая целую гамму эмоций, все мои рецепторы стали настолько чувствительны, что от каждого прикосновения я готова была взорваться. Он начал движение внутри меня быстрыми толчками, я стонала, извивалась под ним… Андрей жестче и жестче входил в меня, затем схватил мои бедра руками, а я, свободная от его захвата, упёрлась локтями в столешницу и начала встречные движения. Когда одна его рука дотронулась до моей груди, я почувствовала, как чувство удовлетворения поднимается по моим ногам, мгновенно взрывается внутри меня и растекается под кожей прохладой. Я от невероятных ощущений начала тяжело дышать, а Андрей, сделав еще несколько движений внутри меня, зарычал и покинул мою плоть, обжигая мою спину своим семенем. Тяжело душа, он приблизился к моему уху и поцеловал, но резко дернулся.
— Твою мать! — я посмотрела на Андрея, который прижал тыльную сторону ладони к своему шву над губой. — Нескоро я смогу тебя поцеловать!
— Да ты и без поцелуев неплохо обходишься, — улыбнулась я ему. Он поднял мои джинсы до середины бедер, а сам, дотянувшись до салфеток, начал вытирать мою спину.
— Маечку придется в стирку выкинуть.
Я застегнула джинсы, посмотрела на Андрея, который не удосужился даже обернуть свои бедра полотенцем, он стоял и смотрел на меня, со смятыми салфетками в руках.
— Что? — спросила я, так как не могла понять его взгляда. Он подошел ко мне, обнял за талию и притянул к себе.
— Обещай, что никогда не уйдешь! — услышала над головой. Я подняла глаза на Андрея и тихо произнесла:
— Никогда! Обещаю!
— Ну, — ударил меня по попке и отошел, — где мой ужин?
— Штаны натяни, потом будет тебе ужин!
— Не командуй, женщина!
Часть 2
— Давай я тебя подожду внизу!
— Аль, не глупи! Заберем туфли, поздороваемся с мамулей и всё! Не жалеешь, что отказалась от девичника?
— Нет, я же сказала, что меня эта свадьба настолько вымотала, что я уже вообще ничего не хочу. Просто посидим… Как, кстати, тебя злой и страшный Бармалей отпустил?
— Он не страшный!
— То, что он злой, значит, признаешь?
— Да, ну тебя! — нажимаю на звонок. — Черт! Неужели никого нет дома?! Надо было позвонить сначала.
— А где твои ключи?
— Да в другой сумке оставила! Забыла, что придется туфли забирать. Ой, — дернула дверь, а та оказывается открыта. — Не поняла! Кто-то дверь что ли забыл закрыть?
Войдя в квартиру первым делом, конечно, наткнулись на коротконогого лапочку, который сразу же начал мурчать и прижиматься к мои ногам.
— Привет, лапатулька! Как же я соскучилась! Наверное, пора тебе переезжать, солнышко!
— Ну, да! Свиридов тебя одну еле терпит, так еще и кота! — усмехнулась подруга.
— Надо еще посмотреть, кто кого терпит! А где наша мама с Женькой, а, Принц? Не знаешь?