— Они смеялись надо мной, — прошептала она.
— Они не знали, что посуду расписала ты, — напомнил ей Николас. — И вообще, Пейдж, — продолжал он, — не все, что происходит вокруг, имеет к тебе непосредственное отношение. — Он взял ее за плечо и развернул к себе. На ее щеках отчетливо виднелись серебристые дорожки, оставленные слезами. — Эти званые обеды… — начал он.
— Что «званые обеды»? — прошептала Пейдж.
Николас проглотил подступивший к горлу ком. Он представил, как старательно Пейдж расписывала эти бокалы и эти тарелки. Он вдруг увидел себя. Ему восемь лет, и каждую субботу он отправляется к мисс Лилиан, чтобы научиться вести себя за столом и танцевать вальс. Как бы то ни было, но таковы правила игры, решил он. И нельзя рассчитывать на победу, не принимая в этой игре участия.
— Тебе придется еще очень долго их посещать, хочешь ты этого или нет. А сейчас ты спустишься вниз и извинишься перед гостями, сославшись на гормоны. И когда ты будешь прощаться с этими двумя суками, то улыбнешься и заверишь их, что тебе не терпится поскорее снова с ними увидеться. — На глаза Пейдж навернулись слезы, но он продолжал: — Наша с тобой жизнь зависит не только от того, что я делаю в операционной. Если я хочу добиться успеха, я вынужден целовать задницы, от чего не будет никакого толку, если я только и буду заниматься тем, что извиняться за твое поведение.
— Я не могу, — пробормотала Пейдж. — Я не могу ходить на твои дурацкие вечеринки и благотворительные обеды, где все указывают на меня пальцем, как на какого-то ярмарочного уродца.
— Можешь и будешь, — твердо сказал Николас.
Пейдж подняла глаза, и несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Слезы покатились по ее щекам, и она заморгала мокрыми ресницами, пытаясь их остановить. Николас привлек ее к себе и спрятал лицо в ее волосах.
— Неужели ты не понимаешь, что все это я делаю ради тебя? — прошептал он.
— Правда? — всхлипнула Пейдж.
Они, обнявшись, сидели на краю кровати и прислушивались к смеху гостей и звону бокалов. Николас смахнул слезу с ее щеки.
— Послушай, Пейдж, — наконец заговорил он, — неужели ты считаешь, что мне нравится тебя огорчать? Просто это действительно очень важно. — Он вздохнул. — Отец часто повторял, что если ты хочешь выиграть, то должен играть по правилам.
Пейдж поморщилась.
— Мне кажется, твой отец как раз и был тем человеком, который придумал эти правила.
Николас почувствовал, как помимо своей воли напрягся.
— Если хочешь знать, — заявил он, — у отца вообще не было денег. Он родился в бедной семье и сумел добиться того, что имеет сейчас, исключительно своим трудом.
Пейдж резко отстранилась. Она открыла рот, как будто хотела что-то сказать, но промолчала и лишь покачала головой.
Николас осторожно взял ее за подбородок. Неужели он ошибся в Пейдж? Что, если она ценит деньги, происхождение так же, как и его бывшие подруги? Он содрогнулся, представив такую возможность.
— Что ты хотела сказать? — спросил он.
— Я не могу в это поверить.
— Чему ты не можешь поверить? Тому, что у отца не было денег?
— Нет, — медленно произнесла Пейдж. — Что он по собственному желанию стал жить так, как живет сейчас.
Николас облегченно вздохнул и улыбнулся.
— У этого образа жизни есть свои преимущества, — напомнил он. — Ты всегда знаешь, что сможешь заплатить очередной взнос по залоговой. Ты знаешь, кто твои друзья. Тебе практически незачем беспокоиться, кто и что о тебе подумает.
— И все это для тебя важно? — Пейдж чуть отстранилась. — Почему ты раньше мне об этом не сказал?
— Ты не спрашивала, — пожал плечами Николас.
Издалека донесся взрыв хохота.
— Прости, — пробормотала Пейдж, стискивая кулаки, — я не знала, чем ты пожертвовал, женившись на мне.
Николас снова прижал ее к себе и начал поглаживать по спине. Наконец он почувствовал, что Пейдж расслабилась.
— Я хотел жениться на тебе, — уточнил он. — А кроме того, — он не удержался от улыбки, — я ни от чего не отказывался. Я просто временно отложил все это на потом. Плюс несколько званых обедов, минус несколько ростбифов на полу, и мы окончательно выберемся из долгов. — Он помог ей подняться. — Неужели это будет так ужасно? Пейдж, я хочу, чтобы у нашего малыша было все, что было у меня в детстве. И я хочу, чтобы ты жила как королева.