Книга Мануэля: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Норма Элиса Гарельи. Арестована 15 сентября 1971 года в Росарио. Представила свое свидетельство в письменном виде, и оно было зачитано ее родственником. Следует заметить, что, хотя министр внутренних дел доктор Мор Роиг недавно объявил о ее освобождении, сеньора Гарельи все еще находится в тюрьме.

Как пишет она в своем свидетельстве, ее арестовали дома, вместе с мужем, три или четыре чина гражданской полиции, которые – с первой же минуты – действовали с крайней жестокостью. Похоже, что полиция подозревала ее в причастности к побегу партизан из тюрьмы в Тукумане.

Ее сразу же подвергли личному обыску и осыпали бранью. Затем увезли куда-то, в неизвестное ей место. Там, по ее словам, ее раздели и начали прикладывать пикану к телу, особенно же к грудям, в область матки, к зубам и ко рту. Одновременно ее били по лицу. В одном месте своего сообщения сеньора Гарельи рассказывает, что один из мучителей – его называли Толстяком – изменил свое отношение к ней и сказал, «что он в меня влюбился». Она рассказывает, что глаза у нее были завязаны и видеть своего мучителя она не могла, но она потрогала его лицо и убедилась, что он плакал.

Упомянутый полицейский – по ее словам, – видимо, хорошо разбирался в медицине, и, как он сам сказал сеньоре Гарельи, ему оставалось сдать четыре экзамена, чтобы получить диплом адвоката.

Норма Морельо. Арестована 30 ноября военными в городе Гойя и переведена в расположение Второго армейского корпуса в Росарио. Недавно, месяц спустя после ареста, ее смогли увидеть родные. Как ее адвокат доктор Бельо, так и ее брат Рубен Морельо утверждали, что ее подвергали пыткам в военных казармах. Но когда ее передали в ведение полиции, сказали они, там с ней обращались хорошо.

Мирта Мигенс де Молина. Арестована 11 декабря. Ее свидетельство было зачитано на пресс-конференции ее адвокатом доктором Мануэлем Сантучо. Арестовывали ее 20 человек гражданской полиции. Как явствует из ее свидетельства, ее раздевали догола и подвергали несколько раз пытке пиканой. Трое мужчин изнасиловали ее, и при этом ей еще ввели в задний проход рукоятку метелки.

Ее также подвергали психологической пытке. В соседнем помещении пытали ее мужа, и ей неоднократно говорили, будто он умер. Она сообщает, что видела мужа в ужасном состоянии – мошонка и губы были у него обожжены кислотой.

Мирта Кортесе де Алль. Арестована 19 июля в Росарио. В своем сообщении она описывает, как ее арестовали и поместили в камеру в региональном отделении Федеральной полиции. Ее пытали пиканой, которую прикладывали к самым чувствительным местам тела. Ее оскорбляли и угрожали смертью, причем один из полицейских приговаривал, что «ему, мол, очень больно видеть меня в таком положении». Далее в ее свидетельстве сказано: «Они прибегали еще к другим методам, прежде мне неизвестным. Клали мне провода на глаза, прикрыв их бумагой, и обкручивали голову другими проводами, которые сжимали череп до боли. Эти провода обжигали, я испытывала острую боль. Мое тело все больше слабело, от побоев и от пиканы образовались кровоподтеки». Затем она пишет, что, когда она теряла сознание, «они применяли различные средства в сигаретах, ампулах, ватных тампонах и таблетках, которыми приводили меня в чувство, чтобы я могла переносить дальнейшие допросы.

Они проводили по моему телу небольшим раскаленным диском, от которого в разных местах оставались ожоги… В других случаях на меня воздействовали инфракрасными лучами», которые вызвали «два обширных ожога в области ягодиц».

Далее она рассказывает, что после семи дней, проведенных под арестом, «мое тело превратилось в бесформенную синюшную массу с отваливающейся кожей, сотрясаемую непрестанной дрожью. Руки и ноги у меня были парализованы. Мне говорили, будто я нахожусь в Уругвае и будто все эти пытки осуществляет организация экстремистов».

Впоследствии ее перевели в ведение отделения Федеральной полиции в Мерседесе, и мучительство прекратилось. Затем она оказалась в Ла-Плате, где ее привели к судье. «Им ' пришлось нести меня на руках, – рассказывает она, – так как ноги у меня все еще не двигались. Меня показали одному из наших родственников, которого я не узнала. При этом присутствовали судебные врачи. Судья потребовал, чтобы меня поместили в психиатрическую лечебницу, где я пролежала десять дней».

ГильермоОскар Гарамона. Арестован 21 декабря 1971 года вместе с Адрианой Моникой Ариас и Нестором Потом в Росарио. По их свидетельству, они были привезены в Главное полицейское управление и подвергались избиению со стороны полицейских. Применяли к ним также пытку пиканой. Гарамону пытали в течение суток с небольшими перерывами, и он утверждает, что к концу этого сеанса пыток он был весь в ожогах от пиканы и еле жив из-за побоев.

Далее он рассказывает: «Они набросились на меня как разъяренные звери. Когда у меня пошла кровь из носа, они еще больше разъярились и еще сильнее стали меня избивать. Мне показали новое орудие пытки, говоря, что его изготовляют янки и дают им, чтобы уничтожать тех, кто дурачит органы безопасности. Оно состояло из пластмассового шара с пружиной и пластинкой, которую засовывали в рот пытаемому, а затем, оттянув шар на 15 – 20 сантиметров, отпускали его, и он ударялся со страшной силой».

Затем, по его словам, «привели женщину, раздели ее и положили на меня. Нас обоих мучили пиканой, ей говорили, что разорвут ей влагалище и что она никогда не сможет иметь детей. А мне говорили, что, когда я буду издыхать, они выбросят меня с третьего этажа и скажут, что я сам покончил с собой. Это было невыносимо. Я их просил убить меня, а они отвечали, что они и так меня убивают, но постепенно».

Уго Маркес Дукка. Арестован 7 сентября 1971 года в Тукумане, в настоящее время находится в корпусе 37 в Вилья-Девото. По его словам, был доставлен в Центральное полицейское управление, где его подвергли избиению. Затем, говорит он, его «перевели в казармы полка связи, где офицер Кинтерос и два мучителя били меня по лицу, загоняли мне иголки под ногти, топтали сапогами пальцы на ногах… Мне постоянно говорят ложь о моей жене и детях».

Тирсо Яньес. Арестован в Тукумане в тот же день, что и Дукка, и так же в связи с побегом партизан из НРА. Его также подвергли беспощадному избиению. «Они предлагали сохранить мне жизнь, если я выдам моих товарищей, и говорили, что Сантильян и Мартинес уже расстреляны».

Роберто Сантучо. Арестован в Кордове 2 сентября. Был доставлен в Главное полицейское управление и подвергнут пыткам, состоявшим в избиении каким-то твердым предметом, возможно, дубинкой, по подошвам; в многократных ударах по животу под различными углами; в ударах по голове, по ушам, по рукам и в применении пиканы, которую прикладывали к разным местам, в особенности к половым органам.

Несколько раз его подвергали подобным сеансам пыток, мучительство прекратилось, когда, по его словам, известие о его аресте появилось в прессе.

Убальдо Гонсалес. Арестован 13 октября 1970 года в Мендосе полицейскими этой провинции. Пытали его, как он говорит, в городском полицейском управлении. «Не могу точно указать, сколько это продолжалось», но «когда переставали пытать пиканой, меня сажали на стул, обматывали голову не то ремнем, не то веревкой и каким-то предметом, вероятно, палкой, закручивали петлю на веревке, сдавливая голову… В какой-то момент, когда я лежал на полу, меня заставили сесть, и я почувствовал, что мне медленно опаптывают мошонку под общий смех и пророчества, что я стану импотентом… С меня сняли наручники и связали веревками или ремнями руки и ноги, затем несколько человек потянули веревки вверх, и мне приставили пикану к анусу и к мошонке».

Он рассказывает, что потерял сознание, а когда очнулся, «кто-то массировал меня в области сердца и прикладывал к груди какой-то инструмент, кажется, стетоскоп. Слышу, что говорят об остановке сердца и кто-то, кого называют доктором, отвечает, что „опасности нет, он приходит в себя“. Затем слышу, как говорят, что, мол, от этого типа толку не будет, бросайте его в камеру, а потом мы его выкинем вон».

Хорхе Агрест. Арестован в Мендосе 13 октября 1970 года. По его показаниям, сперва его пытали в полиции их провинции, а затем в помещении отделения Федеральной полиции. Он рассказывает о пытках пиканой, а «когда я пытался кричать, мне придавливали трахею пальцем так, что я не мог дышать».

Эмилио Бриганте. Арестован в тот же день, также в Мендосе. Ему угрожали смертью, а затем «меня заставили бегать кругом по комнате, подгоняя электрическими разрядами». В своем свидетельстве он рассказывает, что его мучители «проявили себя людьми, привычными к такому обращению с арестованными, судя по их ' репликам и по способам избиения.

Следующий сеанс пыток происходил в другом помещении, там меня раздели и, связав ноги и руки, приставляли пикану к разным частям тела, но чаще всего к мошонке.

Электрические разряды сопровождались угрозами, они говорили, что от них зависит моя жизнь, что судье представят меня, когда сочтут нужным, а если меня убьют, этого делать не придется, и что я уже никогда не смогу иметь половые сношения с женщинами.

Затем меня повели на еще один сеанс избиения, – говорится далее в свидетельстве этого заключенного, и варварски избивали, пока я не свалился на пол», и тогда, «осыпая меня самыми грязными оскорблениями, мне засунули в задний проход ручку.

…Все ночи я спал в наручниках, сидя на стуле, и ежеминутно меня будили, говорили, что сейчас опять начнут пытать, и били, чтобы помешать мне уснуть».

АльвароСентурион. Также арестован в Мендосе в тот же день. Он пишет; «Они постоянно развлекались своими скотскими выдумками. Обжигали мне пальцы сигаретами и угрожали убить, говорили, что сбросят с обрыва, позаботившись о том, чтобы меня не могли узнать».

Карлос Гидо Стеканелья. Арестован при тех же обстоятельствах, пытали его в местной полиции, а потом, по его свидетельству, его подвергли истязаниям полицейские из местного отделения Федеральной полиции. Как он рассказывает, они его раздели и уложили на койку. «Затем, обернув мне запястья и щиколотки мягкой тканью, чтобы не осталось следов, начали допрос с того, что спросили, били ли меня мендосские полицейские. Я ответил, что били, они засмеялись и сказали, что „те, в Мендосе, грубияны, а мы действуем умнее, no-научному"». Далее он говорит: «Пикану мне прикладывали к мошонке, под мышки и к соскам; засовывали ее также в задний проход, приговаривая, „мы тебя вылечим от геморроя“. Чтобы не было слышно криков, запускали проигрыватель, крепко зажимали мне рот руками и даже затыкали ноздри; это было настолько невыносимо, что я даже разорвал путы… Все это время непрестанных пыток, целых пять дней, нас не кормили».

Роберто Лен. Арестован 4 ноября 1970 года. Он рассказал, что «они начали допрашивать меня с угрозами и бранью, связали мне руки и ноги, вытянув их и раздвинув. В начале допроса они отзывались отрицательно о роли правосудия и заявляли, что моя судьба зависит от них». Затем стали пытать пиканой.

Мануэль Альберто Гонсалес. Арестован 6 сентября 1971 года после побега из тюрьмы в Вилья-Уркиса в провинции Тукуман. Его привезли в Главное полицейское управление провинции и заставили пройти между двумя шеренгами полицейских, которые его жестоко избили, и потом его избивали несколько раз и лишали пищи. Он утверждает, что «только много спустя с меня сняли наручники и путы, и лишь недавно начали нам давать еду и нормально заваренный мате. Однажды я почувствовал привкус мочи – видно, солдаты отливали в мате».