– А что происходит с тобой? – задал вопрос Босх.
– Хочешь спросить, с моими делами? Вечером возвращаюсь в Лас-Вегас. Завтра утром предстану перед большим жюри. Засяду недели на две, не менее. У меня приготовлена отличная история. К Рождеству возьмем Маркса со всей его компанией тепленькими.
– Надеюсь, ты везешь с собой телохранителей?
– О да, я буду не один.
– Удачи, Линделл, забудем прошлое. Ты тоже мне нравишься. Хочу тебя спросить: почему ты сообщил мне о братьях Самонс и конспиративном доме?
– Пришлось, Босх. Ты меня напугал.
– Неужели решил, что я бы тебя сдал Марксу?
– Нет. Но не сомневался в другом: женщина в опасности. Я, приятель, агент, и мой долг предотвращать такие ситуации. Кстати, удивился, что ты сразу не врубился, что я – «крот».
– Ты отлично сыграл свою роль.
– Умею дурить, кого надо дурить. Ну, пока.
– Пока… Постой, Линделл!
– Что?
– Джою Марксу не приходило в голову, что Тони Алисо его обманывает?
Линделл рассмеялся:
– Никак не можешь остановиться?
– Нет.
– Это служебная информация. Я не имею права говорить. Официально.
– А неофициально?
– Неофициально ты от меня ничего не слышал, и я тебе ничего не говорил. А ответ на твой вопрос такой: Маркс думает, будто все его обманывают. Он не доверяет никому. Я волновался каждый раз, когда ребята цепляли на меня микрофон. Никогда не знаешь, в какой момент он станет лапать тебя за грудь. Я работал на него целый год, и он иногда повторял этот трюк. Приходилось носить «жучок» под мышкой. Попробуй вести запись таким способом. Морока.
– Так что насчет Алисо?
– Маркс не сомневался, что Тони его надувает. И про меня думал то же самое. Но до определенных пределов это прощалось. Джой понимал, что каждый желает заработать деньги. Но ему казалось, что Тони перебирал норму. Маркс мне этого не говорил, но я знал, что пару раз он посылал за ним в Лос-Анджелес «хвост». У него был свой человек в банке Тони, в Беверли-Хиллс, и каждый месяц он получал оттуда копии распечаток о состоянии его счета.
– Неужели?
– Да. И сразу бы узнал, если бы Алисо сделал слишком большой вклад. Почему ты задаешь такие вопросы, Босх? – поинтересовался Линделл.
– Жена Тони сообщила Пауэрсу, что муж наварил пару миллионов. Они же где-то спрятаны.
Линделл присвистнул в трубку.
– Многовато. Джой бы быстренько обрушил ему на голову молот. Такие хапки он считает непростительными.
– Очевидно, накопилось за годы – отрывал по кусочкам. Кроме того, не забывай, он отмывал деньги для приятелей Джоя из Чикаго и Аризоны. Мог обирать и их.
– Вероятно. Слушай, Босх, дай мне знать, как все образуется. А сейчас я уже опаздываю на самолет.
– Подожди!
– Мне надо лететь в Бербанк.