– Привет, Линк. – Бруклинский говорок Селлитто заполнил помещение. – Какого…
– Послушай, есть одна проблема.
– Знаешь, у меня тут своих заморочек по горло. – Бывший напарник Райма, лейтенант Лон Селлитто пребывал не в лучшем настроении. Многолетняя работа руководимой им большой оперативной группы на днях пошла под откос. В прошлом году они арестовали и привлекли к суду по обвинению в рэкете и убийствах свирепого главаря русской мафии, базирующейся на Брайтон-Бич, Владимира Дьенко. Райм тоже был в курсе этого расследования, поскольку его привлекали к участию в криминалистической экспертизе. И вот в минувшую пятницу детективы с негодованием узнали, что дело против Дьенко и трех его подручных прекращено после того, как все свидетели один за другим отказались давать показания в суде либо просто исчезли. Селлитто вместе с агентами ФБР трудился даже в выходные, пытаясь разыскать новых свидетелей и осведомителей.
– Я тебя долго не задержу. – Райм вкратце пересказал то, что ему и Сакс удалось выяснить относительно ареста двоюродного брата, а также об обстоятельствах дел, связанных с изнасилованием и кражей монет.
– Еще два дела? Ничего себе. А что говорит твой родственник?
– Я с ним еще не общался. Но он все отрицает. В этом надо разобраться.
– А какого черта тут еще разбираться?
– Я не думаю, что Артур сделал это.
– Он твой брат. Естественно, ты не думаешь, что он сделал это. Или у тебя есть доказательства?
– Пока нет. Потому и звоню тебе. Дай мне людей.
– Я по самую задницу увяз в деле Дьенко с Брайтон-Бич, а ты вместо того, чтобы помочь, гоняешь чаи со своими долбаными бриттами!
– Лон, это может оказаться чем-то очень серьезным, поверь. От тех двух дел так и разит подтасованными уликами и лжесвидетельством. И я уверен, что это не исключение. Лон, ты ведь любишь красивые фразы – так неужели твою душу не возбудят слова «а настоящий убийца остался на свободе»?
– Можешь умничать сколько хочешь. Мне некогда.
– Я не умничаю, Лон. Я стараюсь пробудить в тебе лучшие человеческие и профессиональные качества.
– Да думай что угодно. Мне надо спасать город от русских. В Сити-Холле и в Федеральном доме после решения суда все впали в ступор.
– Шлю им свои глубочайшие соболезнования. Однако брось это дело и возьмись-ка за наше.
– Я занимаюсь не отдельными убийцами, а организованной преступностью.
Понятно, что ОБОП полицейского управления Нью-Йорка расследовал особо важные преступления, и все же ответ Селлитто вызвал у Райма лишь саркастическую усмешку.
– Ты можешь заниматься убийствами, когда захочешь! С каких это пор официальное распределение обязанностей в управлении стало иметь для тебя такое значение?
– Ладно, дам тебе совет, – проворчал детектив. – Есть такой капитан Джо Мэллой. Кстати, он сейчас у себя в кабинете. Знаешь его?
– Нет.
– Я знаю, – вставила Сакс. – Крутой мужик.
– Привет, Амелия. Как тебе сегодняшнее похолодание?
Сакс засмеялась. Райм же угрюмо заметил:
– Очень забавно. Ну, так что этот капитан, черт возьми, собой представляет?
– Правильный капитан. Железный. Шутить не любит. Тебе он понравится.
– Много клоунов развелось в последнее время, – насупившись, пробормотал Райм.
– Мэллой не клоун. Он фанатик. При попытке ограбления пять или шесть лет назад у него убили жену.
– Я не знала об этом, – нахмурилась Сакс.
– Ну вот, и теперь он все время проводит на службе. Ему прочат место начальника управления. А то и в доме через улицу. То есть в Сити-Холле. Звони Мэллою, может, у него найдутся для тебя свободные люди.