– А те сны, что снились вам в детстве, после того как погиб мужчина в капюшоне… как скоро после этих снов что-то случалось на самом деле?
Она стала вспоминать, вызывая в памяти далекое прошлое. Все туманно. Детство представало в ее памяти мозаичной картиной, составленной из отдельных фрагментов. С течением лет они сглаживались, стирались, словно царапины на старом письменном столе, становясь частью привычного пейзажа, и, несмотря на ее отчаянные попытки, невозможно было припомнить их строгую очередность.
– Случалось по-разному.
– Ну, через день? Неделю? Несколько месяцев?
Она услышала собственный голос:
«МАМОЧКА!»
Крепкие объятия. И слезы.
«ВСЕ В ПОРЯДКЕ, ДОРОГАЯ МОЯ».
– Это всегда происходило очень скоро. На следующий день или через несколько дней.
– А у вас когда-нибудь случалось что-либо плохое, когда вам не снились дурные сны?
– Я… думаю, что да, случалось.
Молчание. Я-то понимаю, что вы имеете в виду. Она снова ущипнула палец и, почувствовав боль, поняла, что содрала кусочек кожи.
– В новостях, Сэм, чуть ли не каждую неделю сообщается об авиакатастрофах. И если вам снится сон об авиакатастрофе, то он почти непременно сбывается?
– Нет, конечно же не в точности так, как в моем сне, со всеми подробностями.
– А вы их записывали? До того, как услышали об этой катастрофе?
– Нет.
– Я знаю, Сэм, что вы умный человек, но в данный момент вы очень возбуждены. Вам не кажется, что, возможно, вы приписали вашему сну больше подробностей, чем их в нем было на самом деле? И может, подгоняете этот сон под факты, а?
– Нет.
– Давайте-ка поговорим немного о других снах… Ну, например, парень в капюшоне из такси, который дал вам посадочный талон. Не думаю, что в этом есть что-то пророческое. Вы же выяснили, что на том самолете вообще не было места под таким номером, разве нет?
– Да, выяснила.
– 35А, не так ли? Эти цифры, возможно, имеют какое-то иное значение. Они означают что-нибудь для вас?
– Нет.
– Но почему вам приснились именно они? В наших снах все появляется по какой-то причине, но добраться до понимания этих причин можно, только проанализировав их. – Он улыбнулся. – Да не смотрите вы так тревожно!
– Вы считаете, что мне надо сходить к психоаналитику?
– Ну, если вы чувствуете, что ваши сны беспокоят вас до такой степени, что оказывают отрицательное воздействие на вашу жизнь, то, вероятно, стоит в них разобраться.
– И чем же мог бы помочь психиатр?
– Он мог бы попытаться раскрыть те причины, которые вызывают ваши сны. Докопаться до их корня и извлечь на поверхность. Помочь вам понять, почему вам это снится.
Сэм машинально щипнула другой ноготь.
– Бэмфорд, я все-таки думаю, что я… что это было предчувствие.
Он выдвинул правый ящик письменного стола, а потом задвинул его, кажется так ничего и не достав. Потом он проделал то же самое с левым ящиком. «Словно органист, устанавливающий регистры», – подумала она.