Обноженный: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Через час — подъём. Всё — как обычно, не слишком рано, не слишком поздно. Мы уже укладывали вещи в лодку, когда прибежал погостный ярыжка:

— Стоять! Погостный боярин велел к себе!

Я несколько струхнул. Потом сообразил: стражников с ярыжкой нет. Из дальнейшего разговора с посланцем стало ясно, что имеет место просто тотальный первичный опрос: всех приезжих опрашивают по начатому делу об убиенном.

Николашку ещё мутило после вчерашнего, а Ивашко изложил мою версию близко к тексту.

Гипотеза об убийстве скотника Трифоновичем и его последующем бегстве с девицей-красавицей, дополненное рассказом лодейшиков об исчезнувшей с тела скотника «батюшкиной казне» — погостному понравилось. Она не только выглядело обоснованной, но и снимала с него вину «за недогляд» и, вообще, выносила проблему за пределы волости. Напомню: обычный сыск в «Святой Руси» идёт не по всей стране, а в рамках волостных границ.

Нас промурыжили ещё пару часов и отпустили с миром. Поздним утром мы снова упёрлись в вёсла, и пошли вверх по местной «реке мелкого серебра».

Кстати, при погрузке Мичура неловко споткнулся об мешок, в который я убрал трофейный пояс. Как бы случайно. Звон был чуть слышен, но Мичура несколько раз пытался незаметно мешок потрогать. Забавно: в «Святой Руси» очень немного людей, которые могут с полпинка распознать звучание кучи серебра.

За день пройти очередные «сто вёрст без гака» мы не смогли — поздно вышли. Пришлось пораньше встать на погост и в полной мере ощутить удовольствие от предоставляемого сервиса.

Я-то, после предшествующей ночи с приключениями, спать завалился. А вот выспавшаяся часть моей команды… По фольку:

Этот куплет распевал малолетний босоногий сынок хозяина, загоняя на ночь гусей. Подтверждаю: по всей реке местные жители держат в большом количестве «гусей и утей». В том числе — и сереньких.

Часть 48. «Секс по Достоевскому»

Глава 261

А на другой день — Вержавск.

Можно — с восклицательным знаком. Ключ ко всей этой части транснационального «пути из варяг в греки». Вержевляне Великие. Снизу глянешь — шапка валится.

Похоже, и правда — княжеский город. «Народные» города растут снизу — от реки, от «подола». А здесь на песчаной гряде между двух озёр на тридцатипятиметровой высоте изначально поставлено укрепление — детинец. Небольшой — площадка 120х45 метров. Поверху — мощные деревянные стены на насыпном валу с внутренней земляной засыпкой и деревянными башнями. Приозёрные западной и восточный склоны были крутыми от природы, а их ещё и обрубили.

Южный и северный — прорыли. Ворота с северной стороны, подъём по искусственному уступу. Грунт песчаный, крутизна большая — поставили у подошвы горки подпорные стенки деревянные по кругу.

Вообще-то, на Руси так не строят: подпорная «Стена Плача» — это в Иерусалиме.

Понизу, вдоль берегов озёр — посады. А за Проклятым, на высоком западном берегу, здоровенный курган. В три человеческих роста, шагов в тридцать в диаметре.

— Николай, а это что?

— Княгинина горка. Люди бают — там Олег Вещий жёнку свою живьём закопал.

— С чего это?!

— Ха. Известно с чего — заблудила баба. Вот прям на этом озере. Пошла она купаться ночью. А тут из местных один такой шустрый… А Олег про это прознал и её… Живьём закопал. А она — прокляла. Озеро это, где согрешила. Тут Олегу деваться некуда — пошёл он дальше к Киеву. Потому как жена у него — сестра Рюрику была. Назад в Новгород идти — уже нельзя.

Что-то в этом есть: летописи туманно намекают, что между Рюриком и Олегом было не родство, а свойство — кто-то из них был женат на сестре другого.

— Брехня.

У Ряхи интересный рефрен образовался — «брехня». Как человек городской, он уверен, что знает «историю родного края» лучше всех присутствующих.

— Была княгиня. Точно. Только она под Усвятами на волоке в болоте утопла. Тама по низкой воде и по сю пору её лодию видать. А как тонула — прокляла волоковщиков: «Усвяты, Усвяты, будьте прокляты. Жить вам до веку — ни бедно, ни богато». Так они и поныне живут.

Ещё один утерянный пласт русской культуры. Люди, живущие на волоках, сочиняют свои, профессионально-ориентированные, легенды, сказки, песни. Потом волоки исчезнут, сменятся каналами, трактами, железными дорогами… Исчезнет ремесло — исчезнет и связанный с ним фольк.

Исчезнет и этот городок — Вержавск. Но не мгновенно, как Китеж-град, как Вщиж. После Батыя люди перестанут селиться на горе, в детинце, но продолжит действовать торговый путь, и люди снова вернутся сюда: в 14 веке Вержавск вспоминают в «Списке городов русских дальних и близких». Потом будет несколько литовских, польских, русских разорений…

Добьёт его Переяславльская Рада и тринадцатилетняя русско-польская война за Украину, первым эпизодом которой станет занятие Смоленска московской ратью. И тридцатилетняя гражданская война на самой Украине.

Славные герои, гетманы-самостийники будут расплачиваться с союзниками-крымчаками двуногой скотинкой — продавать в рабство жителей разорённых украинских местечек, вольнолюбивых казачек с детьми — семьи своих политических противников… Война, которую уже её современники назовут — «Руина».